Королева восстанет: читать начало книги онлайн

Воздух внизу затхлый, и чем ниже мы спускались, тем холоднее становилось. Меня охватила неконтролируемая дрожь, но не из-за низкой температуры. Как бы упрямо ни задирала подбородок, на самом деле я была не готова к тому, что вот-вот произойдет – чем бы оно ни было.

Когда мы дошли до обшарпанной железной двери, я приготовилась к худшему. Однако, вопреки моим ожиданиям, помещение оказалось не камерой пыток. Внутри стояли только стол и стул. И Бенедикт. Он ждал в комнате с низким сводчатым потолком и буравил меня мрачным взглядом. У меня болезненно екнуло сердце.

Стража потащила меня дальше в глубь камеры. Усадила на неудобный металлический стул, и лишь тогда я заметила в помещении второго человека. Душа сжалась еще сильнее.

В углу стояла Лира: нечитаемое выражение лица, а светлая кожа еще бледнее, чем обычно. Темные волосы она заплела в длинную косу, а зеленое платье при нормальных обстоятельствах наверняка подчеркивало бы ее глаза. Однако сейчас взгляд казался пустым и каким-то безжизненным. На хрупкие плечи накинут пиджак брата, отчего она выглядела еще более уязвимой.

Ее вид причинял мне не меньше боли, чем облик Бенедикта. Потому что я предала и ее, хотя все эти месяцы она проявляла по отношению ко мне только добро. Потому что последние несколько дней я скучала и по ней тоже. Потому что, возможно, и ее я никогда уже не смогу вернуть, возможно, я потеряла ее навсегда.

Лира молчала, а я не решалась заговорить. Вместо этого без сопротивления позволила двум стражникам прикрепить мои наручники к крюку в центре стола. И лишь после того, как дверь за ними закрылась, подняла глаза от своих скованных рук.

Мой взгляд вновь метнулся к Бенедикту. Со скрещенными на груди руками он прислонился к стене и наблюдал за мной. На этот раз весь в черном, и я невольно задалась вопросом, не пытался ли он тем самым что-то мне сказать. Рубашка аккуратно заправлена в пояс брюк, но две верхние пуговицы расстегнуты, а рукава закатаны. Лучше не думать о том, что это могло означать.

Наконец король вышел из оцепенения. Подойдя ближе к столу, обогнул его и остановился прямо напротив меня. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо, однако его взгляд так и остался каменным. Чужим. Такое ощущение, что на нем маска. Каким-то образом, невзирая на все время, которое мы провели вместе, Бенедикт не давал мне считывать его мимику. И вот уже в который раз я не знала, что чувствовать. Раскаяние? Привязанность? Страх? Постепенно начинало казаться, что нет таких эмоций, которые бы не вызывал во мне этот мужчина, а то, что я испытывала их все одновременно, пожирало меня медленно, но верно. Поэтому я сконцентрировалась на том, что преобладало над каждой из них. На боли у меня в груди и потребности исправить свои ошибки. Если это допрос, ему придется дать мне высказаться. Дать шанс оправдаться.

Бенедикт оперся на столешницу и наклонился ко мне. А мне потребовалось приложить максимум усилий, чтобы выдержать его взгляд. Воспоминание о вчерашнем еще слишком четкое, оно как заноза застряло у меня в груди, и я вынуждена переплести пальцы, чтобы скрыть дрожь.

– Сейчас я объясню тебе, как все пройдет, – тихо произнес король, и от его знакомого голоса, который звучал так непривычно, у меня побежали мурашки по спине.

Я прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать слезы, и отчаянно заморгала, чтобы они не пролились. Если Бенедикт их и заметил, то проигнорировал. Выражение его лица ни капли не смягчилось. В отличие от вчерашнего дня, даже гнев не пылал у него в глазах. Он казался более спокойным. Но так ли это на самом деле или это всего лишь маска?

– Я задаю тебе вопросы, – невозмутимо продолжил Бенедикт. – А ты отвечаешь. Если будешь говорить правду и расскажешь мне то, что я хочу знать, то мы управимся за десять минут и никто не пострадает.

Последнюю фразу он завершил зловещим подтекстом, и я сглотнула.

– Но если ты мне соврешь… – Ладони Бенедикта на столешнице сжались в кулаки. Единственное свидетельство того, что его тоже тяготило происходящее. – Если ты мне соврешь, то лишишься последних крупиц моего милосердия, – закончил он.

Я услышала, как зашуршало платье Лиры, но так и не отважилась к ней повернуться. Вместо этого я сосредоточилась на Бенедикте, поймав его взгляд. Мы пристально смотрели друг на друга, его лицо все еще находилось очень близко к моему, а мне казалось, будто нас разделяли целые галактики. В течение шести месяцев мы все больше сближались, а затем мое предательство оторвало нас друг от друга, словно между нами никогда и не было ничего, кроме ненависти.

Любимый мужчина угрожал мне. Я не хотела верить, что он способен причинить мне боль, однако он так убедителен, что ничего другого мне просто не оставалось.

– Ты поняла? – спросил Бенедикт неожиданно мягким голосом. И мое сердце моментально смягчилось, но я не настолько наивна, чтобы купиться на подобную смену настроения. Он пытался мной манипулировать. И, к сожалению, это работало, даже если я прекрасно все осознавала. Наверное, когда дело касалось его, я никогда не была такой сильной, какой должна быть.

– Поняла, – прошептала я.

Я до сих пор не имела ни малейшего понятия, сколько успел выведать Бенедикт. Нашел ли он кинжал под половицей в спальне. Промолчал в итоге Валериан или нет. Впрочем, возможно, это и не играло никакой роли. Я скажу правду, иного выхода все равно нет. Даже рискуя при этом самостоятельно шагнуть навстречу своей погибели – время лжи прошло.

Но что, если и правда ничего мне не даст? Если он не поверит мне, потому что слишком сильно погряз в гневе?

Бенедикт глубоко вздохнул, так как ему тоже требовалось морально подготовиться к дальнейшему. Я почувствовала его запах, и голову захлестнули тысячи воспоминаний. О его теле под моим, о его пальцах на моей коже и его голосе, тихо что-то говорящем мне на ухо. О редком смехе Бенедикта и улыбке, которая предназначалась лишь мне одной. Обо всем, чего мне никогда не вернуть, если не сумею вновь завоевать его доверие.

– Зачем ты хотела попасть в замок в качестве кровавой невесты?

Из всех возможных вопросов именно этот он задал первым. Наверное, худший из всех, поскольку я сама предпочла бы никогда больше не слышать ответ на него.

Я колебалась. Бенедикт прожигал меня взглядом. И скорее всего, с каждой пролетающей секундой сильнее сомневался в том, что мне можно верить.

– Хотела тебя убить, – в конце концов произнесла я, и Лира шумно выдохнула. – Но…

– Почему? – перебил меня он. Всего одно слово, однако голос короля теперь звучал не так, как раньше. В нем сквозила злость. Как будто мои признания уже сейчас подтачивали его самообладание, вновь заставляли маску пойти трещинами.

– Потому что люди страдают под властью вампиров, – тихо ответила я.

Лицо короля на миг исказила гримаса, но он быстро восстановил контроль над его выражением.

– Значит, вы хотели меня сместить? – делает вывод он.

– Я… не знаю. Тебя нужно было свергнуть, – уклончиво откликнулась я. А мое сердце между тем сжималось на каждом слове.