Забег на невидимые дистанции. Том 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ему нравился запах ее пота. Ему нравилось, как еда выпадала у нее изо рта в столовой, когда она смеялась или торопилась. Ему нравился цвет синяков на ее теле, хотя эти медленно зеленеющие пятна его беспокоили. И ее смех, который можно было услышать и сразу же узнать с другого этажа. Многое, что она делала, раздражало остальных, но только не его.

Нина никогда не притворялась кем-то еще. Ей бы такое и в голову не пришло. Незачем. Она оставалась собой при любых обстоятельствах и в любых компаниях, точно так же камень всегда остается камнем, и ты знаешь это наперед. Постоянство темперамента и непредсказуемость поведения – в этом крылось ее парадоксальное очарование.

Сет знал, что ее приятель, этот бомжеватый блондин вечно в синей панаме, думает о ней то же самое. Видел это по его наивным щенячьим глазам.

Подумав об Отто, Сет вспомнил и о недавно заключенной сделке с Ханной, согласно которой обязан сидеть с ней вместе в столовой, на уроках и в автобусе, а также два раза в неделю провожать домой.

Теперь жестокие условия юной шантажистки виделись ему совсем в ином свете. В них таился потенциал, который можно использовать в своих целях. Если по-хорошему с Ниной не выходит, может быть, получится привлечь ее внимание, заставив ревновать? Пусть Сет ей безразличен, но проигнорировать фиктивные отношения заклятого врага в лице Ханны она вряд ли сможет.

По крайней мере, он на это надеялся.

Episode 6

ИГРА В ОТНОШЕНИЯ с Ханной решительно не дала результатов. Нина не обратила внимания на эту рискованную авантюру, в отличие от всей остальной школы. Ее не беспокоили такие мелочи, как интрижки одноклассников, пусть и самые невероятные. И это говорило о многом.

Как минимум о том, что она полноценна сама по себе, без участия посторонних. К тому же ее окружали такие индивидуумы как Отто и Йорскиллсон, а помимо них оставалась физика, целая вселенная нерешенных вопросов и тем для обсуждения, а также какие-то свои неведомые темные делишки, о которых осторожно шепталась школа.

Обыденные вещи не приковывали ее внимания. Она витала в собственных грандиозных планах и высоких материях, недоступных стандартному уму, и сколько бы Сет ни старался разобрать ее диалоги с Отто, уже по привычке подслушиваемые им всюду, он понимал только то, что эти двое находятся на принципиально ином уровне знаний и постижения действительности, нежели он сам.

Чем дальше, тем больше между ним и Ниной образовывалась пропасть, пугающая своей глубиной. Ридли понятия не имел, как ее преодолеть. Но знал, что обязан это сделать, иначе потеряет что-то очень важное.

Он корил себя за глупое ожидание вызвать у этой девушки ревность настолько ограниченным способом. Обучаясь в одном с ней классе, он даже не существовал для нее, как для него самого не существовали кварки [4], о которых он понятия не имел. О какой ревности может идти речь?

В частности, поэтому Сет и не мог допустить, чтобы кто-нибудь узнал то, что знала Ханна. Если до Нины дойдет хотя бы слушок, будто ее фотографию видели в телефоне Сета Ридли, придется снова переезжать. И лучше сразу в другой штат.

Ханна это понимала. Ханна этим пользовалась.

Умненькая Ханна. А вот он идиот. Зачем он вообще скачал эту фотку? Из-за нее все и началось. Не мог потерпеть и сделать это дома? В более безопасном месте, где не мониторят каждое движение твоего пальца.

Теперь Сет исполнял требования Ханны Биллингсли, опасаясь быть раскрытым и прилюдно опозоренным. Это бы уничтожило его авторитет до конца обучения.

Он подчинялся, но не позволял Ханне ничего сверх меры, осаживая ее, если та перегибала палку. Условия сделки должны соблюдаться обоюдно. Но девушка то и дело норовила сблизиться с ним – как ментально, так и физически.

Если не получалось разговорить его или выпросить один наушник, чтобы послушать музыку вместе, она льнула к нему, обнимала бицепс, клала голову на плечо, аргументируя телесный контакт тем, что для всех они встречаются, а парам свойственно касаться друг друга, иначе в их чувства никто не поверит, заподозрят в обмане.

Угроза сохранению конкретно этой тайны отнюдь не тревожила Сета. Наоборот, уж лучше бы все раскрылось поскорее, и он освободился от нее. Никакими угрозами Ханна не смогла уговорить его трогать ее в ответ, изображая любящего парня. Достаточно того, что он терпит ее присутствие рядом в течение учебного дня и еще немного сверх.

Несмотря на неприязнь к стервозной и подлой Ханне, Сет ловил себя на мягкостях, которые позволял в ее отношении вследствие того, что вынужден был смириться с ее присутствием, чтобы каждый день не злиться заново.

В автобусе он поднимал подлокотник и пропускал ее на место у окна, в столовой переставлял ее тарелки на свой поднос, если ему казалось, что она его не донесет, в классе выдвигал ее стул вместе со своим, брал ее куртку вместе со своей в гардеробе. Это было что-то необдуманное, машинальное, как привычка помогать кому-то, кем бы он ни был, просто потому, что он рядом слишком долго. Когда Сет вспоминал, что Ханна ему никто, хоть и находится в его компании постоянно, было уже поздно.

Поначалу девушка удивлялась мелким жестам внимания (для нее весьма значительным) и благодарила Сета, потом ей надоело, что он никогда не отвечает на ее благодарность, и она редуцировала ее до самодовольной улыбки знающей себе цену стервы.

Ханна упивалась тем, как все смотрят на них в такие моменты. Кажется, все складывалось, как надо, и школа верила, что теперь они вместе, включая ее драгоценных подруг. Мечта становилась явью, подчиняясь ее воле благодаря вовремя совершенным действиям. Шанс был предоставлен провидением, и Ханна воспользовалась.

Крошечные проявления заботы со стороны фиктивного бойфренда были столь же неожиданны, сколь и приятны. Она ожидала от Ридли сплошной агрессии, учитывая ее обещания слить компромат, но парень оказался гораздо спокойнее, если проводить с ним больше времени и не наглеть. Человек устает все время злиться. Даже на того, кто шантажирует его и заставляет делать неприятные вещи.

В глубине души Ханна Биллингсли надеялась, что у Сета зародится что-нибудь вроде стокгольмского синдрома. Пусть он хотя бы просто привыкнет к ней для начала. Увидит, что не такая уж она зловредная, какой кажется, а образ суки у нее скорее вынужденный, приобретенный, а не врожденный.

Но игра зашла слишком далеко. За полторы недели Ридли преодолел допустимые пределы терпения. Бесцеремонность Ханны, напротив, росла в обратной пропорциональности. Она была прирожденной манипуляторшей.

Множество раз, стоило ему распсиховаться или послать ее, девушка с ледяным спокойствием разглядывая маникюр, перечисляла последствия, которые не заставят себя ждать, если она обнародует информацию, с удовольствием приукрасив ее новыми подробностями.

Да, доказательств у нее нет, но кому какое дело? В школе это не имеет значения. Здесь не судебный процесс, и достаточно мелкого слуха. Причем чем более безумен он будет, тем проще в него поверит публика. Ее слово против его слова. И кого послушают? Учитывая, что Ханна обещала пойти сразу к школьному информатору, разбираться в правдивости никто не станет.

Алан Кейн являл собой центральную магистраль, через которую проходили все школьные новости и сплетни. Он знал все и обо всех, охотно поддерживая этот статус, и, к сожалению, сидел с Ниной за одним столом на фудкорте. Так что сразу после Кейна информация о загрузочных файлах на мобильнике Сета Ридли достигнет ушей Дженовезе. Она-то болтать никому не станет, а вот Алан… если верить Ханне, сначала выторгует сенсацию подороже, потом сам везде о ней раструбит, если не поместит в стенгазету.

Заголовок: «Новенький оказался сталкером». Полный пиздец.

[4]   Кварк – элементарная частица и фундаментальная составляющая материи, входящая в состав адронов (сильно взаимодействующих частиц, таких как протоны и нейтроны).