— Вот дерьмо! — выругался Мирко.
— Все в порядке, они получили по заслугам.
— Они-то да. Но мы…
— А что с нами не так? Живы, и уже хорошо.
— Ненадолго. Мы ухлопали одного из директоров «Рейнбоу». Вместе с кораблем. Теперь мы… преступники⁈
— И убийцы, — мрачно подытожил я.
— Да что вы так перепугались? Вернемся на Землю, все объясним, выкатим «Рейнбоу» претензии на миллионы, получим деньги и проживем остаток дней на райских островах со свежей едой и воздухом! — Лаура была полна оптимизма.
— В вашей компании, сеньорита, эти дни будут более праздничными и насыщенными. — Мирко снова включил режим неутомимого ловеласа.
— Насчет праздничных не уверен. Но насыщенными — да. Мне кажется, до Земли мы не долетим, — продолжил я строить мрачные прогнозы. — Ладно, давайте выбираться отсюда.
Из-за разгерметизации внутрь станции нам пришлось попадать через сервисный шлюз. Момент был волнующий — на «Бриллианс» могли еще оставаться спецназовцы. Привлеченные стрельбой, они могли перекрыть нам узкий лаз. Или перестрелять при попытке в него просочиться. Но обошлось без эксцессов.
— Возвращайтесь в арсенал, — связался я с Клер, как только мы протиснулись в узкий технический коридор, — мы разобрались с кораблем. Пусть свободен.
— Зачем нам в арсенал тогда? Давайте сразу в стыковочный узел!
— Нам надо вывести ученых.
— Они что, малые дети? Сами не справятся?
— Даня, нам за их спасение никто не заплатит, — встал на сторону Клер мой напарник.
— И что вы предлагаете? Бросить их⁈
— Почему «бросить»? Их свои же и спасут, не бросит же корпорация станцию.
— Напоминаю, что на «Бриллианс» монстры. Спасателей ученые не дождутся. Их растерзают. Это не обсуждается, мы идем за учеными.
«Активировано умение „Спаситель“. Получено сто шестьдесят пять эво. До следующего эволюционного уровня осталось двести эво» — увидел я сообщение в тот момент, когда мы открыли дверь в арсенал. Собравшийся там народ горячо нас благодарил за то, что мы их не бросили. Но мне было слегка не до всеобщей радости и ликования. За что неизвестный благодетель меня одарил очками эво, я в принципе понимал. Спаситель. Не дал людям погибнуть впустую, получу награду. Приятно, конечно, но совершенно неведомо, как он понял, что я совершил благой поступок. За мной что, какое-то неведомое божество наблюдает через камеры? Сделал добро — на тебе эво. Ну бред же, абсолютный бред, да и неизвестно, какой моральной шкалой это божество пользуется. Я ведь поспособствовал уничтожению экипажа на корабле «Рейнбоу», но меня даже не пожурили. Штрафов никаких не назначили.
— Данил, у нас какие-то проблемы? — тихо спросил подобравшийся ко мне Попов.
— Нет, все нормально. Нам бы до стыковочного узла пройти — и все, спасены.
— А почему тогда у вас такой мрачный вид?
Я решил поделиться с профессором. Он же все-таки видный ученый, светлая голова, вдруг у него нашелся бы ответ на мои многочисленные вопросы.
Глава 18
— Занимательно. Очень занимательно, — прокомментировал профессор мой рассказ, — а вы уверены, что эти ваши сообщения не являются визуальными галлюцинациями?
— Абсолютно уверен! Знаете, сложно объяснить визуальными галлюцинациями способность к моментальному излечению и восстановлению организма.
Мы с профессором ползли по вентиляционной шахте в хвосте всей процессии. Иногда героям и даже спасителям надо отдыхать от подвигов. В голове нашей цепочки находились Клер и Лаура. Девчонки с опытом, боевые, они способны сами справиться с любой неприятностью, которая им встретится на пути.
— Но это излечение вам тоже могло показаться…
— Один раз, на себе — может быть. Но я вылечил ту девушку, Клер. У нас же не могло быть одной галлюцинации на двоих? — возразил я.
— Не могло. Точно. И вас мучит вопрос, кто же решает, дать ли вам в награду эти… как их…