Я открыл глаза. Рядом с настоящей Клер парила в воздухе ее виртуальная копия.
— На вашем месте я бы не торопился с расстрелом, — произнесла голограмма голосом Мирко.
— И почему бы это?
— Если вы обидите моих друзей, я взорву станцию.
— Блеф! У виртуального помощника нет на это прав…
— Разуй глаза, дубина. Я не виртуальный помощник. А еще запроси у своего начальства, имелся ли на борту «Рубина» небольшой термоядерный заряд. И когда вам подтвердят его наличие…
— Где бомба? — На то, чтобы связаться со своими, у бойца ушли доли секунды.
— Где-то на станции, — нагло ответила голограмма, — и искать ее, а тем более обезвреживать я вам настоятельно не рекомендую. Мы за всем следим через камеры, и если мне только покажется, что вы решили ее отыскать, я взорву заряд.
— И при этом сам погибнешь.
— Не без этого. Но какой у меня выбор? Вы нам сами на примере «Рубина» показали, что нас ничего хорошего не ждет.
— Что ты хочешь?
— Чтобы вы моих друзей с пола подняли, извинились перед ними и отпустили.
Безопасники все сделали так, как сказал Мирко. Только извинения принести забыли, но ничего, мы не гордые. Спиной, спиной дошли до люка и рванули по переходу что было сил.
— Стойте! Впереди мутанты! — отрезвил нас окрик Тома.
— И куда нам? Назад⁈
— Назад тоже нельзя, там тоже…
Договорить он не успел, до моего слуха донеслись звуки выстрелов. Нашла коса на камень, монстры сцепились со спецназом. Вроде бы и хорошо, что им не до нас. Но нам-то куда податься⁈
Без лишних слов я зацепился за короб вентиляции, подтянулся и вышиб решетку.
— Давай! — Я протянул Клер руку.
— А там безопасно⁈
— Не знаю. Но тут оставаться нам точно нельзя.
Секунду подумав, Клер протянула руку, и я втянул ее в вентиляцию.
— Том, — позвал я напарника Клер, — веди.
— У меня нет доступа к камерам в коммуникациях. Я могу вам только задавать направление…
Звуки выстрелов переместились ближе.
— Да веди нас уже хоть куда-нибудь! — не выдержали нервы у Клер.
— Хорошо-хорошо, идите прямо, потом на второй развилке направо.
«Идите» — это было мягко сказано: передвигаться внутри вентиляционного короба мы могли только на карачках. Но проделывали это крайне быстро, поскольку близкие выстрелы придавали нам отличную мотивацию и ускорение.
— Вот, сейчас направо! — сказал Том, как только мы достигли нужной развилки.
Мы повернули. В этом коробе произошло нечто неприятное, стены были как когтями располосованы и разукрашены красными пятнами. Что-то мне подсказывало, что расплескали здесь точно не кетчуп.