— Сдурела⁈ Ты в кого стреляешь? В человека, который тебе жизнь спас⁈
— Он не человек, — с мрачной убежденностью ответила Клер, — он как эти монстры… только хуже!
У меня спорить с девушкой не было ни сил, ни желания.
— Мирко, помоги. — Я протянул руку, и приятель поднял меня на ноги. — Значит, так: кто не хочет идти дальше, может оставаться здесь. Уговаривать мы никого не будем. Всё, пошли на корабль.
— Ну и уматывайте! — крикнула нам вслед Клер.
Шли мы медленно, я практически висел на плече у Мирко. И невозможно было сказать, что меня так вымотало: ранение или применение мной чуда исцеления.
— Мы одни пропадем, — услышал я шепот Тома.
— Это неизвестно. Зато с ними подохнем — сто процентов, — прошипела в ответ девушка.
— Да почему⁈
— Ты видел, как этот Данил ожил⁈ И как рука у него светилась? И монстра он… на искры разложил!
— Но они же нас спасли!
— Когда⁈
— Кислород дали, из отсека вытащили!
— А ты думал, зачем им это? Может быть, они нас заведут куда-нибудь и убьют! Или еще чего хуже!
— Что может быть хуже⁈ — У паренька от волнения голос срывался.
— Сначала изнасилуют, потом убьют, потом снова… — стращала Клер Тома.
— Ну хватит! — обернулся я. — Я не монстр и не маньяк! Ни вашей жизни, ни вашей чести ничего не угрожает. Останетесь на станции — гарантированно погибнете. Пойдете с нами — у вас появится шанс на выживание.
— Мы пойдем! Только объясни сначала, — уперлась Клер, — кто ты такой, что это за искры и…
— Я Данил Гвоздев. Обо всем остальном я знаю ровно столько же, сколько и ты. На корабле корпорации есть научное оборудование. И погруженные в спячку ученые. Разбудим их, проведем исследование, выясним, что произошло…
— А ты сам не понимаешь⁈
— Нет, — ответил я как отрезал. — Идем, Мирко.
Парень с девушкой перекинулись еще парой фраз шепотом.
— Стойте! Мы с вами! — решилась наконец-то Клер.
— Так догоняйте, — ответил Мирко.
«Рубин» гостеприимно впустил нас на борт, и когда за нами захлопнулся люк, я вздохнул с облегчением. Пусть корабль все еще и находился в плену у «Бриллианс», но вскрыть внешнюю обшивку корабля не так-то просто, поэтому мы находились в относительной безопасности.
— В лазарет? — предложил Мирко.
Я опустил взгляд на собственную грудь. Фронтальную пластину скафандра напарник снял. В поддевке зияла рваная прореха, но на коже у меня остался лишь розовый рубец. И мне показалось, что он уменьшается.
— Я в норме. Но да, идем в медотсек.
Лечить нам было некого, но в медицинском отсеке располагались анабиозные капсулы со спящим в них экипажем «Рубина-16». И, возможно, с ответами и объяснениями всей этой чертовщины. Как я и ожидал, капитана мне разбудить не удалось. Мои коды доступа уровнем не вышли, и панель управления капсулы их не приняла.
— Давай ты попробуй, — предложил я Клер. После аварии ей кто-то из руководства «Рейнбоу» передал пароли более высокого уровня. Но и их оказалось недостаточно, капсула отказывалась открываться.