- И то и это единица измерения, - продолжал Маршал.
- Какая единица измерения, Омикрон?
- Микрон – это микрометр, а ангстрем – десятая часть нанометра, - пояснил Маршал.
- А-а-а-а, - сделал вид, что понял тот. – Так то ж микрон, а мы Омикрон.
Райан что-то прошипел в ответ, к счастью этого никто не услышал. Как раз поток добровольцев стал спадать. Большая часть уже записалась, но были и те, кто не стал. Многие устали от войны за столько лет. Большинство же хотело продолжать служить вместе с Маршалом.
- Все записались? – Коротко спросил Маршал.
- Нет, ещё не все, - парочка солдат поспешили к регистрационным столам. Юля за этот день наставила штампиков и сделала записей больше чем за какой угодно день в своей жизни. У неё уже голова кружилась от этих цифр и болела рука.
- Быстрее, быстрее! – Коротко сказал Маршал. – Остальным покинуть помещение.
В этот самый момент сирена, наконец, утихла, и стройные ряды не записавшихся отправились на выход. А в зал вошло несколько сослуживцев Маршала из старой гвардии. Один из них, высокий и крепкий парень, настоящий богатырь на полголовы выше Маршала и шире в плечах. Они о чём-то переговорили, и Райан его представил:
- Роман Полковник в представлении не нуждается. – Сказал он. – Вы все его знаете. Раньше он был моим начальником, теперь же станет моим замом. В любой ситуации, когда меня по какой-либо причине рядом нет все решения принимает Полковник. Это понятно?!
- Так точно! – Хором ответил строй.
Роман не стал выступать, он просто стоял рядом с Маршалом демонстрируя богатырскую форму бицепса под подвёрнутыми рукавами и могучую нижнюю челюсть.
Один из бойцов принес Маршалу чёрный отрез такни, и они несколько секунд вместе его осматривали.
- Вот это наш символ, - сказал тот. – Вот логотип. А здесь подпись: «ОТГ Ангстрем».
- ОТГ звучит как ОПГ, - подал голос Полковник.
- Эт чтоб страшнее было, - с улыбкой ответил бывшему командиру Маршал. Он взял стяг из рук художника и продемонстрировал заму. – Ром, ну как тебе?
Тот посмотрела на его художества и нахмурился. Юля не могла с такого ракурса разглядеть, что там нарисовано.
- А что это, получше ничего нельзя было нарисовать?
- Какая-то рожа, и подпись «Ангстрем», - ответил Маршал, словно выгораживая художника.
- Не какая-то, это древний философ.
- А на голове у него что? – Спросил Роман.
Предвидя долгий спор, Райан дал отмашку.
- Ладно, - сказал он, - вывешивай.
И Рома как самый высокий повесил на шведской стенке чёрный флаг. Тот был весь чёрный с белой надписью: «О.Т.Г Ангстрем» и с стрёмной рожей, которая выглядела ещё стремнее при таком освещении.
По рядам пробежался гул. Все обсуждали новый символ. Один художник стоял и краснел за свои художества.
- Что это? – Спросил кто-то из зала.
- Наш символ, древний философ войны, - коротко ответил Маршал, прекратив все споры.
Он посмотрел на художника и спросил:
- Шевроны долго печатать?
- Так уже готово, - радостно ответил тот.