— Правильно, — улыбнулся Коля, — иначе — никак! Пробовали разные граждане иначе…, но где они сейчас. Ни одного не видать на горизонте!
Я промолчал. Общение с Колей мне уже начало надоедать. Но он не унимался.
— А ты правда один на зону ходил? Как Виктор в старые времена?
— Правда. Один. Сначала с «лучниками» попробовал, но мне там не понравилось.
— «Лучники» — они странные, — кивнул Николай. — Но Прохор у них знатный боец. Драться любит и умеет. Дисциплину поддерживает. Пытался с нами немного права покачать, но его быстро урезонили. Мы, наверное, единственные, кого он боится. Ладно заболтались. Всего хорошего! Если тебя не съедят, увидимся!
— Подожди, — остановил я его. — Куда мне деньги приносить? А то потом скажете, что я о вас забыл.
— Правильные вопросы задаешь! — похвалил меня Коля. — Далеко пойдешь, чувствуется! Знаешь где наш квартал?
— Не очень. Около порта, а где дальше искать, понятия не имею.
— Да, там. Проще всего идти с порта. Но там тебя остановят дальние часовые, а они ребята бестолковые, сразу кидаются драться, а то и похуже. Поэтому у края разбитых домов сворачиваешь налево проходишь до старого пня и заходишь в первый подъезд стоящего рядом с ним дома. Там скажешь, что сталкер. Всем все станет ясно и к тебе выйду я или кто-то еще.
— Теперь понял, — сказал я. — до встречи!
Глава 21
С удовольствием закончив общение с этим не слишком приятным господином, я вернулся в свою квартиру, надеясь, что сегодня уже никаких дел не будет.
Однако через два часа в дверь постучали.
— К вам пришли… — хозяйка даже развела руками. — Посыльный. Записка.
Они что, издеваются?
Почему-то похожий на оборванца «посыльный» передал мне записку, получил от меня пару монет и убежал с такой скоростью, будто я, прочитав ее, начну его преследовать.
Записка от Виктора. «Приходи, важное дело».
Ну раз важное, надо идти.
Пришел.
Виктор был опять не один.
И человек, который стоял рядом с ним в подвале, выглядел удивительно.
Я говорил, что контрабандист Николай был лысым. Но увидев этого человека, захотелось взять свои слова назад. Коля — всего лишь бритоголовый амбал. А этот…
У него не то что голова гладкая, как бильярдный шар, у него даже бровей и ресниц нет. Сколько лет ему, непонятно совсем. Где-то от сорока до шестидесяти. Все лицо в шрамах, в глубоких и не очень. Высокий, повыше меня, и худой, как скелет. Но двигался он гибко, пластично, в нем чувствовалась сила и уверенность в себе. Одет в черную кожаную куртку, какую носят не то байкеры, не то сатанисты. Плюс ко всему дядя еще и улыбался белозубой улыбкой, блестевшей в сумраке подвала почти как лампочка.
— Александр, это Савелий. Савелий, это Александр.
— Не перепутаем, — улыбнулся Савелий.
— Я тоже постараюсь не перепутать.
Мы пожали руки. Ладонь Савелия на ощупь оказалась будто стальными клещами. Такой же твердой и ледяной.
— Есть любопытная информация о «зоне», и есть заказчик. Но работа очень сложная.
— Хорошо, — сказал я. — И что там?
Виктор расстелил карту.