– У тебя что-то случилось? – спросил удивлённо Дрикондор.
– Ты что, не слышал? Гормофон осаждают!
– Да ладно… Кто?
– Благородное Сопротивление, будь оно проклято! А Нерфертия с её великой армией ничего не может, раз позволило им дойти до Гормофона.
– Откуда ты это узнал? – спросил шокированный Дрикондор.
– Сходи в столовую. Там срочные новости по телевизору идут.
Дрикондор побежал в столовую. Это всё какая-то шутка, розыгрыш, война давно покинула не только Цукердай, весь Лирей. Но нет, в зале собралось много народа: все смотрели на экран: там шёл срочный выпуск новостей.
«Цукердайское Сопротивление атакует Гормофон. Нам удалось взять интервью у Сайлена Неира, главы Цукердая.»
На экране появилось до боли знакомое лицо. Сильный, гладко выбритый подбородок, целеустремленный взгляд, глубокие фиолетовые глаза, немного приплюснутый нос. Весь его вид внушал уверенность, но то, что он говорил, вызвало у собравшихся страх:
«С сожалением хочу сообщить жителям Гормофона, что это не обычная банда, город атакуют хорошо организованные военизированные части, большой численности. Гарнизону города будет непросто. Мы стягиваем дополнительные силы, ожидаем подкрепление из Нерфертии, но на это нужно время. Рядом со стеной города организован набор добровольцев. Мы будем рады всем, кто способен держать оружие. Жители Гормофона, Нерфертия хочет создать мир без распрей и войн, в котором не будет места насилию! Но за этот мир нужно бороться, нам нужна Ваша помощь…»
Со звоном разбилось окно и в столовую влетела бутылка с жидкостью. Она разбилась о стол, жидкость выплеснулась и загорелась. Влетела еще одна… Через минуту пламя охватило центр комнаты.
– Пожар! – закричал кто-то.
– Так вам и надо, нерфертские прихвостни!
Дрикнодор посмотрел в окно. Группа молодых цукердайцев оживленно жестикулировала. У одного из них в руках была такая же бутылка. «Молодые бунтари, идеалисты, решили поддержать Сопротивление, посеять панику внутри города. Они просто не видели настоящей войны …», с сожалением подумал Дрикондор.
Бутыль, брошенная юношей, влетела в помещение и разбилась. Девушка, не успевшая вовремя отпрыгнуть, закричала, огонь охватил её платье. Люди задыхались в дыму. Телевизор продолжал вещать: «…Мы должны отстоять город…».
Дрикондор принял решение, больше нельзя скрываться. Надо явить своему народу истинное лицо и угомонить его. Он сбросил маску.
Кристалл Нири, зажатый в посохе, замерцал. Огонь в комнате разом потух. Все уставились на Дрикондора.
– В-вождь… – прошептал Каб.
Дрикондор заговорил. Его голос был многократно усилен магией:
– Я больше не Вождь. Я признаю власть Нерфертии. Нерфертия принесла в Цукердай то, чего здесь не было уже десятки тысяч лет – мир. И мы должны его сохранить, – он повернулся к окну: – Расходитесь по домам.
Молодежь бросилась врассыпную.
– Спасибо… – прошептала девушка, запахиваясь в остатки одежды.
– Пора навести порядок в моей стране. – сказал Дрикондор и вышел на улицу через разбитое окно.
За годы жизни у гумурцев он понял, что война не принесёт ничего, кроме горя и страданий. Дрикондор, прежний яростный и безмозглый вояка, обнаружил, что гумурцы живут намного лучше, чем остальные цукердайцы. В своей уединенной деревне они построили общество практически без конфликтов, и жили в гармонии, уважая друг с друга. И Дрикондор хотел такого же для всего Цукердая.
Теперь было ясно, что Наинекс идет другим путем, но желает того же, только для всего Лирея. Он решил одной большой войной окончить все распри на Лирее. В одной большой стране, с едиными законами для всех, даже люди, родившиеся на противоположных краях Лирея, будут воспринимать себя как единый народ. Да, для этого должно пройти время и затихнуть обиды, но ничто не дается просто так, особенно такие великие начинания. И цукердайцы, воюя за независимость, приносят лишь несчастье своему народу, обостряя взаимную ненависть.
Нужно остановить, образумить лидеров Сопротивления. Изолировать их, если они не поймут этих элементарных доводов. Не безумцы же они, наверняка и их цель – благополучие народа Цукердая. Криталл мерцал, импульс за импульсом отдавая энергию Дрикондору, и он взлетел над городом. За стеной шло сражение.
Он перелетел стену и ужаснулся. Шел ожесточенный бой, уже не было места логике и разуму. Где искать этих лидеров? Отдадут ли они приказы, дойдут ли эти приказы до бойцов? Остановятся ли солтаты Нерфертии? Их было слишком много и они сражалиcь, прямо здесь и сейчас. Он мог образумить каждого поодиночке, но как заставить всех услышать его? Энергии его кристалла Нири не хватит на всех.
Внизу сверкали выстрелы. Обе стороны использовали нерфертское оружие. Перевес был явно на стороне цукердайцев. Защитное поле города с трудом поглощало непрерывные энергетические разряды и уже поплыло красноватыми разводами, говорящими о его истощении.
На нескольких возвышениях вокруг города были умело установлены огневые точки городского гарнизона. Многие из них уже были уничтожены, но оставшиеся безостановочно поливали цукердайцев энергетическими разрядами. Над городом, словно огромный дракон, завис тяжёлый крейсер. Видимо именно оттуда Сайлен командовал обороной. Четыреон время от времени делал залпы из мощных лучевых орудий, оставляющие воронки на поле за городской стеной, но похоже больше для психологического эффекта. На стены города был выставлен десяток переносных орудий.
Этого бы точно хватило для защиты города от остатков Сопротивления, но в атаке на город был задействован арсенал целой военной базы, которые создавались в каждом захваченном регионе. Сейчас в атаке участвовали в основном истребители, нерфертские двосаи. Они отличались высокой манёвренностью, так что ни огневые точки по периметру, ни крейсер, предназначенные для борьбы с более крупными целями, не могли нанести значительного урона «стае» двосаев. Только иногда залп из поворотных орудий крейсера, предназначенных для борьбы с истребителями на небольших расстояниях, достигал своей цели. Но их было маловато для такой «стаи», и они держались на удалении от четыреона.