Вдруг раздался громкий стук в дверь. Дрикондор вернул крейсер на полку и неторопливо направился к двери, недоумевая. Было три часа ночи, кому же он нужен в столь позднее время?
В дверь еще раз настойчиво постучали и раздался голос Агира:
– Дрикондор! Аяд-Гумур очнулся! И он требует тебя немедленно!
– Сейчас буду, не жди меня – сказал устало Дрикондор. Что же нужно Аяд-Гумуру и почему он зовет именно его, в это время?
Когда гумурцы вернулись в деревню, Аяд-Гумур был еще без сознания. Врачи Гормофона не смогли понять, что с ним случилось, и просто "развели руками", предложив ждать. Уже почти неделю лучшие лекари гумурцев хлопотали над главой деревни. И вот сегодня, в три часа ночи, он наконец-то очнулся. И требует к себе, именно его – Дрикондора.
Быстро натянув уже довольно поношенную рубашку и штаны и прошептав ключ перемещения, Дрикондор появился около дома Аяд-Гумура и по обычаю направил за дверь магический импульс. Через несколько секунд пришёл ответ. Можно было входить.
Ужасный беспорядок встретил Дрикондора, как только он переступил порог. Обычно здесь было всё чисто и опрятно, каждая вещь лежала на своём месте. нигде ни одной пылинки. А сейчас всё казалось перевёрнутым "с ног на голову", в глаза бросался широкий деревянный стол, отодвинутый в угол комнаты, и огромное количество склянок с какими-то жидкостями. Посреди стояла кровать, раньше находившаяся в спальне. На ней, окружённый людьми, лежал Аяд-Гумур. Вид у него был неважный. Он хрипло дышал, по лбу градом тёк пот, борода, прежде ровная, была скомкана и отброшена в сторону, а впавшие глаза, раньше блиставшие небесной голубизной, отсвечивали красным. Он еле слышно прошептал:
– Оставьте нас…
Лекари мигом удалились. В комнате остался лишь Дрикондор.
– Ну, здравствуй… – прохрипел Аяд-Гумур. Голос его был столь слаб, что казалось, сил у старика совсем не осталось. Мысль, невольно пришедшая ошеломлённому Дрикондору на ум, каким-то образом сама вырвалась из его уст:
– Вы умираете?.. – прошептал он.
– Хуже… Это тело вскоре не будет принадлежать мне…– Дрикондор обнаружил, что глаза у Аяд-Гумура почернели. Старик тем временем продолжал:
– Я позвал тебя… – Аяд-Гумур на несколько секунд замолчал. Чернота с глаз на мгновение отступила, но вскоре вернулась, – Я позвал тебя, чтобы попросить… Убей меня, Дрикондор!
– Что? – Дрикондор не знал, что сказать. Убить Аяд-Гумура! Сама мысль об этом вызывала отвращение.
Аяд-Гумур будто прочитал его мысли и прошептал, тяжело выдохнув:
– Времени совсем нет… наклонись…
Тяжёлая морщинистая рука коснулась его лба. Секунду ничего не происходило, но вскоре Дрикондор почувствовал, как кто-то пытается проникнуть в его разум. Он рефлекторно защитился, но потом, догадавшись, что это – Аяд-Гумур, убрал защиту. Его накрыла волна воспоминаний. Они то степенно представляли череду событий, то шли очень быстро, иногда путанно, так что Дрикондор старался запоминать только те, которые представали перед ним наиболее ясно.
Старец стоял, устремив свой взгляд на огромную гору-исполина. То был мудрец Андафир, проживший всю жизнь аскетом в диких местах, пытаясь постичь тайны Вселенной. Он самостоятельно освоил азы магии, и с ее помощью разгадал тайны Мира Лир, в котором жил. Сверкнула яркая вспышка. Огромный шар, пылающий желтыми всполохами незнакомой энергии, возник перед ним. Старик упал на колени. «Андафир, теперь ты – Наместник Мира Лир», – услышал Дрикондор громогласный голос… и воспоминания полетели с огромной скоростью. Дрикондор успевал разглядеть некоторое сцены, но они были столь размыты, что понять что-либо было невозможно…
Поток событий вновь замедлил свою бешеную скорость. Гордый и сильный Наместник Андафир стоял перед креслом. Дрикондор узнал это место. Узнал он и того, с кем разговаривал Наместник. Но слова не были слышны, он понимал лишь мысли Андафира. Сначала Наместник ничему не верил, но потом аргументы Злобена стали казаться для него всё более и более убедительными. В конце-концов Андафир был уже твёрдо убеждён, что Чёрный Кхаа не был виновен в уничтожении Мира Инад… Воспоминания вновь восстановили свой безумный темп, но вскоре опять остановились.
Андафир стоял перед тремя существами, испускающими столь яркий свет, что смотреть на них было невозможно. Сзади виднелся знакомый рогатый силуэт. «Лонхайн… Предатель…», слышал Дрикондор мысли Наместника. «Светлые» проговорили в унисон: «Мы говорим от имени Кхаа Света – Белого Лирена. Ты более не Наместник. Ты предал законы Кхаа, и будешь наказан!». Яркая молния рассекла воздух…
Смерть?..
Андафир открыл глаза. Он лежал на незнакомой кровати, в незнакомом доме. Но вскоре мысли прояснились. Он ощутил себя в теле мудреца Саграндра, целью жизни которого было найти укромное место и повести за собой людей, готовых служить сохранению мира в Цукердае, готовых жить единой семьей, в любви и уважении друг к другу. Цель Андафира была такой же, только он должен быть обучить этих людей магии и найти и воспитать избранного, на которого укажет Злобен…
И вновь воспоминания замелькали перед Дрикондором. Теперь это была жизнь Аяд-Гумура. Вот Андафир иногда дает свободу личности Саграндра, объясняя ему смысл их общей жизни. Он стоит перед зеркалом и смотрит на то, как в глазах начинают появляться совсем не его эмоции, расслабляет руку, секунду ничего не происходит, но затем рука вцепляется в горло и сжимает его. Андафир моргает и вновь видит только себя, горестно вздыхает.
Вот Злобен наконец находит избранного и торопит Андафира с принятием его в гумурцы.
Вот их с Аяд-Гумуром первая беседа, он рассказывает Дрикондору о первом уровне магии…
Проходят годы, и Андафир становится всё слабее, а Саграндр все чаще пробует вернуть контроль себе. Андафир уже не спит, он медитирует ночами, не давая сопернику никакой возможности ощутить власть над телом… Воспоминания опять помчались, быстро пролетел яркий комок воспоминаний, в котором Дрикондор ничего не разобрал.
И вот Андафир отбросил контроль над Саграндром. Все силы уходят на сдерживание Предата. Андафир полностью погружен в перекачивание энергии на щит, используя заклинание, которым давно поделился с ним сам Кхаа Злобен. Это требует максимальной концентрации, энергия бушует в старом теле, которое этого не выдерживает и посреди болевого шока, используя боль как проводник, прорывается Саграндр, на секунду возвращая себе контроль …
И сейчас Андафир еле-еле сдерживал его напор, борясь с болью в измученном теле, понял Дрикондор.
Рука Аяд-Гумура бессильно упала на постель. Многое стало понятно. Андафир, Второй из Наместников, выполнил задачу, поставленную перед ним Злобеном. Цели Кхаа Тьмы так и не прояснились, но было предельно ясно, что Саграндр вот-вот освободится, и скорее всего первым делом отомстит, уничтожит все то, что создал Аяд-Гумур. Это надо было предотвратить.
Дрикондор поднёс свои руки к лицу старика. Гумурцы никогда не убивали, и в их арсенале не было заклинаний, непосредственно ведущих к смерти. Но заклинания были и не нужны сейчас. Эмоции бурлили в душе Дрикондора, достаточным оказалось сконцентрироваться на них и направить искру полученной энергии к груди Аяд-Гумура. Сердце остановилось.