Единственным членом семьи, который все еще выказывал уважение и сыновнее почтение к Богу, был Цюшэнь. Цюшэнь окончил университет и любил читать. Из тех немногих людей, которые сдали вступительные экзамены и уехали учиться в колледж, он стал самым образованным жителем деревни. Но в семье Цюшэнь не был хозяином. Практически во всем он слушался указаний жены и выполнял приказы отца. Если жена и отец давали ему противоречивые указания, тогда он способен был лишь сидеть в углу и плакать. Поскольку он был таким слабаком, то никак не мог защитить Бога в своем доме.
Глава 6
Отношения между Богами и людьми в конце концов бесповоротно испортились.
Полный разрыв между Богом и семьей Цюшэня произошел после инцидента с лапшой быстрого приготовления. Однажды перед обедом Юйлянь вышла из кухни с бумажной коробкой и спросила, почему половина лапши из коробки, которую она вчера купила, уже исчезла.
– Я ее взял, – ответил Бог тихим голосом. – Я отдал лапшу тем, кто живет у реки. У них почти закончилась еда.
Он имел в виду дом, где собирались Боги, которые ушли из своих семей. В последнее время в деревне с Богами часто плохо обращались. Одна особенно жестокая супружеская пара избивала и проклинала своего Бога, и даже не давала ему есть. В конце концов этот Бог попытался утопиться в реке, которая протекала возле деревни, но, к счастью, остальные сумели его остановить.
Этот случай получил широкую известность. Слухи вышли за пределы провинции, и к ним приехали из города полицейские вместе с группой журналистов с центрального телевидения и телестанции провинции, и супругов увезли в наручниках. В соответствии с Законом о поддержке Богов их должны были приговорить по крайней мере к десяти годам тюрьмы за жестокое отношение к Богу. Это был единственный всеобщий закон для всех стран планеты, предусматривающий одинаковые сроки заключения.
После этого семьи в деревне стали более осторожными и перестали слишком скверно обращаться с Богами в присутствии посторонних. Но в то же время этот случай ухудшил отношения между Богами и жителями деревни. В конце концов некоторые Боги покинули свои семьи, и другие Боги последовали их примеру. К этому моменту почти треть Богов в Сицэне уже ушли из назначенных им семей. Эти бродячие Боги организовали полевой лагерь в поле за рекой и вели спартанскую, трудную жизнь.
В других частях страны и по всему миру возникла та же ситуация. Опять улицы больших городов заполнили толпы бездомных Богов. Их количество быстро росло, казалось, повторяется кошмар трехлетней давности. Планете, полной Богов и людей, грозил гигантский кризис.
– Ха, ты очень щедрый, старый дурак! Как ты смеешь есть нашу еду и раздавать ее? – начала громко ругаться Юйлянь.
Отец Цюшэня стукнул кулаком по столу и встал.
– Ты идиот! Убирайся отсюда! Тебе нравятся те Боги у реки? Почему бы тебе не уйти к ним?
Бог некоторое время сидел молча и думал. Потом встал, пошел в свою крохотную комнатку и упаковал свои немногочисленные пожитки. Опираясь на бамбуковую трость, он медленно вышел из дома и пошел в сторону реки.
Цюшэнь не стал есть вместе с остальными членами семьи. Он сидел на корточках в углу, опустив голову, и не разговаривал.
– Эй, чучело! Иди сюда и поешь. Нам после обеда надо ехать в город за едой, – закричала на него Юйлянь. Поскольку он не шевелился, она подошла и дернула его за ухо.
– Отпусти, – сказал Цюшэнь. Он произнес это негромко, но Юйлянь отпустила его, будто ее ударило током. Она никогда прежде не видела такого мрачного выражения на его лице.
– Оставь его, – небрежно сказал отец Цюшэня. – Если он не хочет есть, значит, он дурак.
– Ха, ты скучаешь по своему Богу? – Почему бы тебе тоже не присоединиться к нему и его друзьям на том поле у реки? – Юйлянь ткнула пальцем в голову Цюшэня.
Цюшэнь встал и поднялся наверх в свою спальню. Как только что Бог, он сложил несколько своих вещей в узел и положил его в вещевой мешок, с которым когда-то ездил в город на работу.
С мешком за спиной он направился к выходу.
– Куда ты собрался? – завопила Юйлянь. Но Цюшэнь не обратил на нее внимания. Она снова закричала, но теперь в ее голосе слышался страх. – Как долго тебя не будет?
– Я не вернусь, – ответил Цюшэнь, не оглядываясь.
– Что? Иди сюда! У тебя крыша поехала?
Отец Цюшэня выскочил из дома вслед за ним.
– Что с тобой случилось? Даже если тебе не нужны твои жена и сын, как ты смеешь бросать отца?
Цюшэнь остановился, но все равно не обернулся.
– Почему я должен о тебе заботиться?
– Как ты можешь так говорить? Я твой отец! Я тебя вырастил! Твоя мать рано умерла. Думаешь, было легко вырастить вас с сестрой? Ты сошел с ума?
Наконец Цюшэнь повернулся и посмотрел на отца.
– Если ты можешь выгнать из дома тех, кто создал предков наших предков наших предков, то я не считаю большим грехом для себя отказ содержать тебя в старости.