– Нет, не ради вас. Узнав о своем происхождении, он впал в депрессию и преисполнился чувства ненависти к вам. Такие эмоции не позволили его мясу соответствовать нашим стандартам, – объяснил Клык.
Клык смотрел на стоящих перед ним последних представителей человеческой расы, и подлинные чувства отражались в его огромных глазах. Их космические скафандры были очень старыми и поношенными, и прожитые годы оставили след на их лицах. При бледно-желтом свете Солнца они выглядели группой статуй, покрытых пятнами ржавчины. Клык закрыл свой компьютер и, полный раскаяния, произнес:
– Сначала я не хотел, чтобы вы это видели, но вы настоящие воины, вы способны узнать правду и готовы признать… – Он на несколько долгих секунд замолчал, потом продолжал: – Что человеческая цивилизация подошла к концу.
– Вы, несомненно, разрушили цивилизацию Земли, – ответил Капитан, глядя вдаль. – Вы совершили чудовищное преступление!
– Мы в конце концов снова заговорили о нравственности, – с усмешкой произнес Клык и рассмеялся.
– После того как вы вторглись в наш дом и все в нем сожрали, я считаю, что вы потеряли всякие права говорить о нравственности, – холодно сказал Капитан.
Все остальные уже перестали слушать их беседу; небывалая, холодная жестокость цивилизации Пожирателей просто не укладывалась в понимании людей. Менее всего им было интересно спорить с ними о нравственности.
– Нет, у нас есть это право. Мне совсем не хочется говорить о нравственности с людьми, – ответил Клык, потом снова помолчал. – «Как вы могли просто взять и съесть его?» – процитировал он Капитана. Эти последние слова всех потрясли. Они прозвучали не из переводчика, они вылетели прямо из пасти Клыка. Хотя его голос был оглушительным, ему как-то удалось точно произнести эти слова, сказанные триста лет назад.
Клык продолжал, теперь уже через переводчика:
– Капитан, триста лет назад ваша интуиция вас не подвела: когда встречаются две цивилизации, разделенные межзвездным пространством, сходство между ними шокирует гораздо сильнее, чем отличие. Того, что произошло с нашими цивилизациями, быть, конечно, не должно.
Все присутствующие уставились на Клыка, их охватило предчувствие, что сейчас откроется тайна, которая потрясет мир.
Клык выпрямился, опираясь на трость, и, глядя вдаль, сказал:
– Друзья, и мы, и вы дети Солнца; и хотя Земля – родина наших обоих видов, мой народ имеет на нее больше прав! Наша заявка на сто сорок миллионов лет старше, чем ваша. Все эти тысячелетия тому назад мы первыми населяли эту прекрасную планету, и именно здесь мы основали нашу великую цивилизацию.
Солдаты Земли непонимающими взглядами смотрели на Клыка. Вода остатков океана плескалась в бледно-желтом солнечном свете. Красная магма стекала с далеких новых гор. Через шестьдесят миллионов лет вниз по течению реки времени появилось два вида, каждый из которых правил этой землей в свое время, встретились на пустынной, разграбленной родной планете.
– Дино… завр! – прозвучал чей-то потрясенный шепот.
Клык кивнул.
– Цивилизация динозавров возникла сто миллионов лет назад на Земле во время периода, который вы называете меловым периодом мезозойской эры. В конце мелового периода наша цивилизация достигла своего зенита, но мы – крупный вид, и наши биологические потребности были такими же большими. По мере роста нашего населения экосистема достигла предела своих возможностей и Земля оказалась на грани конца существования, пытаясь прокормить наше общество. Чтобы выжить, мы полностью поглотили первичную экосистему Марса.
Цивилизация динозавров просуществовала на Земле двадцать тысяч лет, – продолжал он, – но ее истинная экспансия потребовала всего несколько тысяч лет. С точки зрения геологии ее воздействие неотличимо от воздействия катастрофических взрывов. Вы называете это мел-палеогеновым вымиранием[14].
В конце концов, наступил день, когда все динозавры сели в десять гигантских космических кораблей и уплыли на них в бескрайнее море звезд. Потом все эти десять кораблей соединились в один. Когда этот объединенный корабль добирался до планет другой звезды, он увеличивался. Через шестьдесят миллионов лет он превратился в Империю Пожирателя, которую вы сейчас знаете.
– Почему вы съели вашу собственную родную планету? Разве динозавры лишены всех чувств? – спросил кто-то.
Клык ответил задумчиво:
– Это долгая история. Межзвездное пространство огромно и безгранично, но оно также совсем не такое, каким вы его себе представляете. Тех мест, которые действительно подходят таким высокоразвитым формам жизни на основе углерода, как наша, очень немного, и они находятся на большом расстоянии друг от друга. Пылевое облако преграждает путь к центру Млечного Пути всего в двух тысячах световых лет отсюда. Мы никак не можем пройти сквозь него и не можем выжить в нем. А за ним расположена зона мощной радиации и большая группа блуждающих черных дыр. – Клык помолчал, потом продолжал, по-прежнему будто бы говоря сам с собой, а не со стоящими перед ним людьми: – Если мы двинемся в противоположном направлении, мы просто достигнем конца спирального рукава Млечного Пути, а за ним нет ничего, кроме безграничной, безжизненной пустоты. Империя Пожирателя уже полностью потребила почти все планеты, которые можно найти в обитаемых областях между этими двумя барьерами. Теперь наш единственный выход – лететь к другому рукаву Млечного Пути. Мы не имеем представления, что ждет нас там, но если мы останемся здесь, то мы обречены. Это будет путешествие длиной в пятнадцать миллионов лет, прямо сквозь пустоту. Чтобы выжить во время него, мы должны накопить большие запасы всех возможных расходуемых материалов.
В данный момент Империя Пожирателя похожа на рыбу в пересыхающем ручье. Мы должны сделать отчаянный прыжок раньше, чем вода полностью испарится. Рыба понимает, что, вероятнее всего, она окажется на сухой земле и погибнет под палящими лучами солнца, но есть очень маленький шанс, что она упадет в соседнюю яму с водой и выживет. – Клык перевел взгляд на людей и наклонился почти к их лицам. – Что касается чувств, то мы прожили десятки миллионов трудных лет и сражались в бесчисленных звездных войнах. Сердца расы динозавров давно уже очерствели. Теперь Империя Пожирателя должна поглотить как можно больше средств ради подготовки к предстоящему путешествию длиной в миллион лет. – Клык опять помолчал, глубоко задумавшись. – Что такое цивилизация? Цивилизация – это пожирание, непрерывное поедание, бесконечное расширение; все остальное второстепенно.
Капитан тоже глубоко задумался. Глядя на Клыка, он спросил:
– Может ли борьба за существование быть единственным всеобщим законом биологической и культурной эволюции? Нельзя ли создать самодостаточную, интроспективную цивилизацию, в которой вся жизнь существует по принципу симбиоза? Такую цивилизацию, как у эриданцев?
Клык ответил сразу же, не колеблясь:
– Я не философ; может быть, это и возможно. Основная проблема в том, кто сделает первый шаг? Если выживание основано на подчинении и поглощении других и если таков всеобщий железный закон жизни и цивилизации, тогда тот, кто первым откажется от него в пользу интроспекции, несомненно, погибнет.
Сказав это, Клык вернулся на свой космический корабль, но вскоре он появился опять, держа в когтях тонкий, плоский ящик. Он был размером примерно десять квадратных футов, и для его переноски понадобилось бы не меньше четырех человек. Клык поставил ящик на землю и открыл крышку. К удивлению людей, ящик был наполнен землей, на которой росла трава. На этой безжизненной планете зеленая трава тронула сердце каждого человека.
Открыв ящик, Клык повернулся к людям.
– Это довоенная почва. После войны я погрузил все растения и всех насекомых планеты в сон, запрограммировав пробуждение в будущем. Теперь, когда прошло более двухсот лет, они проснулись. Сначала я хотел забрать эту почву с собой на память. Увы, после дальнейших размышлений я передумал. Я решил вернуть ее туда, где ее законное место. Мы забрали более чем достаточно с нашей родной планеты.
[14] Мел-палеогеновое вымирание уничтожило большинство мезозойских видов мира, включая всех динозавров, кроме птиц.