1. Глава
Шилли
— Шилли, милая. Мы так опоздаем.
— Я уже иду, Тобиан!
— Что тебя так задерживает? — спросил он из совсем чуть-чуть приоткрытой двери.
— Заходи, я почти собралась. Просто эта дурацкая шпилька!
— Проблемы черного зельевара нас не будут ждать. Давай я помогу.
Вместо того чтобы помочь доделать мою прическу, любимый брат достал все шпильки и распушил локоны.
— Тобиан! Я столько трудилась!
— Ты мне нравишься такой, милая. — Он все крутил мой локон у себя на пальце и о чем-то своем задумался.
— А если мне сегодня драться?
— Во-первых, у тебя есть старший брат. Во-вторых, у нас сегодня только допросы. Пойдем завтракать, я приготовил твои любимые листья.
— Это называется салат.
Я задержалась, глядя в зеркало на уходящего брата. И почему он не женат?
Высокий, широкоплечий, умный, и есть чувство юмора. Может, из-за шрама на одной стороне лица, что, как стрела, пронзает? А, по-моему, он с ним даже милый... А я почему не замужем? Почему... почему... работа!
— Шилли!
Мы жили с братом вдвоем. Так уж получилось, что наши родители покинули рано этот мир. Хвала богам, меня не отдали в детский дом. Над нами оформил опекунство дядя. Хотя, по сути, не опекал.
Когда наша жизнь кардинально изменилась, мне было тринадцать, а брату семнадцать. Каких-то три года, и опекунство сняли. Мы остались жить в собственном небольшом, но богатом доме. Учиться там, где и учились, в Академии темной магии. Затем успешная сдача диплома, брат уже в это время практиковал в главном участке порядка города, куда, собственно, пошла и я. Мы всегда хотели работать вместе.
И вот ему тридцать, мне двадцать пять, и мы защищаем город от злодеев и их еще не содеянных деяниях.
Нам нравилось жить вместе, у нас никогда не было мысли разъехаться. Мы делали по дому всё вместе или по очереди. Магам, по сути, помощь не нужна. Чаще всего завтрак был на брате, и мне это нравилось. У меня больше времени на себя, и я не готовлю омлет. Ну не могу я, и всё! Горит, как полено в сковородке.
— Как спалось? — Хитро прищурил глаза и так красиво вложил вилку с омлетом в свой рот...
Я невольно зависла и дернула рукой от тех мыслей, что секундой пролетели в моей голове. Салат немного просыпался на стол. Я уставилась в тарелку на зеленую листву и творожный сыр, прогоняя свои самые ужасные мысли.
— Ты чего, мышка?
— Нормально спала, а ты?
— И я...
— Спасибо, как всегда вкусно. — Похвалила брата.
После завтрака Тобиан помог мне надеть меховую накидку, и мы вышли на крыльцо. Он посмотрел в сумеречное небо, чему-то улыбнулся, уложил мою руку на свой локоть. Мы зашагали по снегу к ожидающей нас карете.
Генерал и его советник передвигаются только так к главному участку порядка. Глядя в круглосуточно сумеречное небо через окошко, я думала о деле.
Сегодня ночью старый зельевар нашел молоденькую девушку в переулке. Труп бедной отвезли на обследование, мы осмотрели место, где её нашли, а вот со свидетелем возникла проблема. Ему было настолько страшно, что он не связал ни слова, и его отвезли к лекарям.
— Шилли, милая, мы приехали. — Окликнул меня брат.