– Ну, тот, что рядом с нами, не работает, а есть такие, которые работают, я уверен, – успокоил брата Петер. – Найдём, не бойся. В понедельник с утра поедешь в школу на новой камере!
Потом они ужинали. Мама приготовила рыбные котлеты и пюре. Папе показалось, что котлеты недожарены, он жевал с опаской, объяснив, что недоготовившуюся рыбу есть вредно. На что мама обиделась и сказала, что котлеты не сыроватые, а нежные, потому что она добавила в фарш вымоченную в молоке булку и тёртый сыр пармезан. И, зная папину капризность в отношении непрожаренной рыбы, поставила её ещё дополнительно на пятнадцать минут в духовку. Так что все обвинения в её адрес она решительно отметает.
Папа поинтересовался успехами Петера в боулинге. И только тут Петер вдруг понял, что от сумасшедшей радости по поводу выигранного матча и собственных страйков не осталось ни малейшего следа. Как от маленького, построенного из песка у самой воды замка, слизанного волнами. Песок снова был гладким и ровным, как и вчера, и позавчера, и тысячу лет назад.
– Нормально, – сказал Петер. – Как обычно.
Ему не хотелось хвастаться своим успехом, тем более что папа мог заинтересоваться его причинами, начать расспрашивать, как всё было. Врать не хотелось, а рассказать правду нельзя. Поэтому самым верным решением было уклониться от разговора.
И Петер отправился наверх. Тревога по-прежнему грызла его изнутри.
На лестнице послышались лёгкие шажки, и в комнату вошёл Себ.
– Слушай, Себ… – неожиданно для себя самого сказал Петер, – дай мне… что-нибудь почитать.
Брат посмотрел на него удивлённо и подошёл к своей полке с книжками.
– О чем ты хочешь почитать? – спросил он.
– Да ни о чём. Просто… какую-нибудь историю.
– Хочешь про Пеппи Длинныйчулок? – спросил Себ.
– Это же про девчонку!
– Она прикольная, как мальчик. Хулиганит постоянно и всё такое…
– А как хулиганит? – спросил Петер.
– Если я тебе скажу, как она хулиганит, то какой смысл читать книгу? – в свою очередь спросил Себ.
– Ладно, давай. – Петер взял протянутую книгу и сел на пол, привалившись спиной к кровати.
История Пеппи поначалу показалась Петеру скучноватой, но понемногу захватила его. К тому же папа у неё тоже был на каком-то далёком острове, неизвестно где. Мысли Петера снова и снова возвращались к Острову гноллей. Было уже, наверное, часов одиннадцать вечера, когда в кармане Петера плимкнула пришедшая на смартфон эсэмэска. Номер был ему незнаком. «Выйди срочно на улицу. Нужно поговорить. Это важно. Изольда».
Похоже, нехорошие предчувствия оправдывались. Петер молча показал эсэмэску Себу.
– Я с тобой, – прошептал тот.
– Не получится. Ты должен нас прикрыть, если папа или мама вдруг решат подняться к нам наверх. Мы не можем уйти из дома оба. Если что, придумай какое-нибудь объяснение моего отсутствия, – пробормотал Петер, натягивая свитер.
К счастью, у Петера с Себом был свой выход на лестничную площадку. Можно было легко спуститься на улицу, не привлекая внимания родителей.
Петер натянул ботинки и тихонько притворил за собой дверь.
15. Беда
Увидев напротив подъезда Изольду с заплаканными глазами, Петер сразу понял, что произошло что-то ужасное. Иначе она никогда не пришла бы к нему в такой поздний час. Ему даже не нужно было раскрывать рот: весь его вид, расширившиеся от страшного предчувствия глаза кричали «что случилось?».
– Прости, Петер, – сбивчиво начала Изольда. – Понимаешь, я не хотела ничего такого… Я знаю, ты хороший парень, просто я тогда здорово разозлилась из-за того случая с пауком и машиной. И потом, шар – это всего лишь вещь… Я же не знала, что…
– Не знала чего? – осипшим голосом спросил Петер. – Он жив?
– Не знала, что шар – это не совсем… шар. Не знаю. В смысле, не знаю, жив ли он. Он убежал от нас.
– Не знала, не знаю!.. – зло выкрикнул Петер. – Это всё, что ты можешь сказать?
– Ты сам виноват. – Изольда посмотрела ему в глаза. – Кто тебя заставлял морочить нам голову и прикидываться суперигроком? Ты сам заварил эту кашу, а теперь злишься из-за того, что приходится её расхлёбывать.