— Так, а что будем пить?
— За то, чтобы этот вечер прошёл без приключений, — Рафаэль едва касается моего бокала своим.
— И снова скучно-о! Мы же на отдыхе!
— Я вообще скучный, если ты не заметила, — пожав плечами, он делает большой глоток.
— Вот сегодня и увидим! — всосав в себя ударную дозу коктейля, я спрыгиваю с барного стула. — Ты как, идёшь со мной танцевать?
Рафаэль смотрит на меня так, словно я только что сообщила, что до восемнадцати лет была мужчиной, и лишь к первому курсу сменила пол.
— Ладно, пей своё пиво! — наказываю я на прощание. — И следи, чтобы никто не стащил мой коктейль.
Музыка с первых секунд захватывает меня с головой. Я закрываю глаза, позволяя себе полностью раствориться в этом звуке, отдаться движению, забыв обо всём на свете. Танцпол становится моим маленьким миром, где нет места ни нытью в лодыжке, ни недовольным клиентам, с самого утра обрывающим мне телефон, ни запаху пота, исходящего от танцора по соседству.
Вокруг мелькают огни, размытые образы других танцующих, но всё это для меня словно декорации, второстепенные детали. Главное — это я, моя свобода и энергия, которую дарит этот танец. Агния на заслуженном отдыхе, вашу мать!
— Ты просто охренительно прекрасна, чикита, — раздаётся вдруг чей-то голос в непозволительной близости к моему уху.
Вот что бывает, когда воображаешь, что осталась одна и теряешь бдительность.
Крутанувшись на каблуках, я возмущённо смотрю в лицо того, кто так бесцеремонно покусился на мои границы.
Им оказывается до приторности смазливый парень в зеркальных очках.
— Не надо подходить так близко, пожалуйста, — тоном занудной учительницы чеканю я.
— Ты богиня, ты в курсе, бейб? — продолжает смазливый, напрочь игнорируя мою просьбу. — В этом месте нет никого, кто сравнился бы с тобой.
Утверждение безусловно приятное с учётом потраченных усилий и факта, что временный сожитель мой сногсшибательный лук никак не оценил. Но всё же оно не стоит того, чтобы уделить этому парню лишнюю минуту своего времени. Во-первых, у меня есть Витя, во-вторых, я не такая.
— Спасибо, — говорю. — Богине очень приятно, но она хочет продолжить танцевать дальше. Одна.
— Что пьёшь, бейб? — и не думает сдаваться парень. — Ну или не пьёшь. Может, по чему-нибудь другому прикалываешься?
Я с сомнением разглядываю своё отражение в его зеркальных очках. Передо мной либо торчок, либо имбецил.
— Пацан, свали отсюда, — раздаётся над моим плечом требовательное гарканье Рафаэля.
Напряжение внутри меня сдувается как лопнувший воздушный шарик. Хочется уткнуться ему в подмышку и пропищать: Ох, папа Раф. Как же ты вовремя.
— Это твой мэн, что ли, богиня? Выглядит как злой батя. Давайте к нам за стол, выпьем-разнюхаемся. Вообще никаких проблем. — Смазливый тянет Рафаэлю руку. — Мэн, у тебя девочка — просто пожарище. Нефертити, ёпт! Не старая, в смысле, охуительно секси. Но если она занята — соррьки. Буду издалека любоваться. Так она попочкой красиво двигает, у меня аж встал.
— Блядь, и где ты таких берёшь, — брезгливо цедит Рафаэль, беря меня под локоть. — Пошли, я стол арендовал. Так и думал, что в этом платье говна с тобой не оберёшься.
17
— То есть ты всё же оценил платье, — иронизирую я, послушно шагая вслед за Рафаэлем. — Скажи, красивое?
— Короткое, — сухо бросает он.
— Эй! Тебе сколько лет? Восемьдесят два или двадцать восемь?! — с укором восклицаю я. — Не припомню, чтобы Лиана предпочитала миди.
— Ну да. Это же не тебе приходится бегать в толпу и озабоченных торчков отгонять.
— Я, между прочим, лишилась клиентки, думая, что она покушается на твою мужскую честь. Так что не ты один пострадал в этой поездке.
— Да, это смешно было. Не пойму только, с чего ты взяла, что её интересовал я.