Защелка двери кабинки, в которой засела Хардин, лязгнула. Тихий скрип возвестил об открывании.
Шаги.
О Боже, о Боже, нет, нет, нет!
Звук шагов удалялся.
Хардин уходила!
Абилин услышала, как дверь уборной распахнулась. Свет погас. Мгновение спустя дверь с грохотом захлопнулась.
Она стояла неподвижно, вдыхая воздух с ароматом переваренной желудком фасоли и лука. Из кабинки Хелен не доносилось ни звука.
Через некоторое время она прошептала:
- Ты в порядке?
- Моя правая нога не в порядке.
Абилин засмеялась. Хелен тоже начала смеяться.
- Ты слышал, что она сказала? - спросила Абилин.
- Блядский чили.
- И она не подтерлась.
- И не смыла.
- Даже руки не помыла.
- Вот же свинья! - вздохнула Хелен.
- И слава Богу, что у нее свинячьи привычки. Это нас и спасло.
Абилин спустилась с сиденья унитаза. Зажав фонарик подмышкой, она застегнула шорты, открыла дверь и вышла из кабинки.
Мгновение спустя вышла Хелен.
- Что мне делать с ногой?
Ее правый носок, промокший, обвивал лодыжку, как глист. Теннисная туфля была испачкана дерьмом и хлюпала.
- Высохнет. Давай, вернемся в книжный магазин.
- Ты собираешься продолжить?
- Мы зашли слишком далеко. Мы просто должны убедиться, что она выйдет из здания к десяти.
Абилин включила фонарик и поспешила к двери уборной. Хелен последовала за ней, хлюпая одной туфлей.
Глава 8
- Может, меня и стошнило, - сказала Вивиан, - но...
- Может быть? – перебила ее Хелен.
- По крайней мере, я не вступила в дерьмо.