Глава 39
Я сидела и изучала приказ о моем отборе. Он не был ни сложным, ни замысловатым, но гребанная куча приложений к нему превратили тонюсенький листик волеизлияния матриарха в пачку бумаги толщиной в три моих пальца. Настроение у меня было скверное по двум причинам: во-первых, Вальтера под моей дверью не оказалось. Буквально за четверть часа до того как я набралась смелости и выколупала себя из покоев, маг ушел отсыпаться после ночной смены.
Во-вторых, я откровенно говоря уже и забыла, что приказ настолько объемный. И скучный. И жестко регламентирующий любой чих по процедуре отбора.
Так что я сидела, закинув ноги на угол стола, и мрачно листала бумаги, строго-настрого наказав Теодору никого из местных бюрократов ко мне не пускать. Тем неожиданнее оказался ровный, уверенный стук в двери. Я почувствовала, как сердце заколотилось, будто я только что сделала рывок по пересеченной местности.
— Войдите, — недовольным тоном разрешила я, не меняя позы.
Двери распахнулись и в кабинет вошел… не Вальтер.
— Рейнард? — приподняла я бровь.
— Привет, — поздоровался парень.
— Что тебя привело в мой рабочий день сюда? — спросила я, рассматривая врага своих студенческих времен.
Все-таки он был по-своему хорош. Молод, статен, уверен в себе. Для человека, оставшегося без поддержки семьи, Рейнард выглядел весьма неплохо. Выглядел и, что немаловажно, ощущался эмоционально. А обладать способностью сохранять душевное равновесие в особенно критических ситуациях — это первый важный навык для любого члена королевской семьи.
— В основном — ты, — ответил Рейнард, без приглашения усаживаясь в гостевое кресло. — И еще немного отбор.
Я захлопнула папку, которую держала на коленях, опустила ноги на пол и уселась вертикально за столом.
— Слушаю, — произнесла я, откинувшись в кресле.
— Остались я и Франклин, — проговорил Рейнард. — И я понимаю, что на самом деле, выбора у тебя не осталось.
— Вот как? — я склонила голову на бок.
— Да. Простым методом исключения я остаюсь, а он — вылетает. И мы оба с тобой понимаем, что среди тех, кто попал на отбор, я — твой лучший вариант.
Я молчала, не желая комментировать очевидную ситуацию выбора без выбора. И уж тем более не желая вдаваться в дискуссию о лучшем варианте. А Рейнард меж тем продолжил:
— Я пришел сказать, что… мне жаль, что все вышло вот так. Что тебе пришлось проводить этот отбор. Но, знаешь, я бы ни за что не променял наше веселое студенческое время на что-то другое. Именно оно помогло мне понять, что ты для меня стала не просто наследницей трона. И знаешь, мне по-настоящему жаль, что ты выберешь меня от безысходности, а не по доброй воле. Но я приложу все усилия, чтобы ты не пожалела об этом выборе.
Сказав это, Рейнард встал, кивнул мне на прощанье и вышел. Широко расправлены плечи, высоко поднята голова. Самоуверенный паршивец! Явился ко мне в кабинет!! Говорить о своей наглой роже!!!
Я была так зла, что в сердцах схватила со стола пресс-папье, в неудержимом желании проломить Рейнарду голову. Но счастье последнего, он уже ушел, а потому тяжелый элемент канцелярского набора по нисходящей дуге полетел в закрытые двери.
Которые, естественно, решили открыться именно в этот момент.
— В кого это ты целилась? — спросила Микаэлла, ловко увернувшись от снаряда.
— В Рейнарда, — мрачно ответила я, бухнувшись обратно в кресло.
— А, видела его романтично-задумчивую рожу в коридоре, — кивнула подруга, проходя через весь кабинет и опускаясь на диван. — Кажется влюбленным.
— Пусть кажется каким хочет. Знаешь, что он мне заявил?
— Что? — чуть улыбнувшись, спросила Мика.
— Что у меня есть только один вариант — выйти замуж за него! — воскликнула я. даже не воскликнула, а почти проорала.
— Ну так он прав, — с серьезным видом проговорила хозяйка моей столицы.
— Ты издеваешься?! — ахнула я.
— Нет, совершенно серьезно. Не за Франклина же тебе выходить, в самом деле.