Обещаю, ты не узнаешь о сыне: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Мой ремонт! Я потратил больше ляма! Вы, что ли, мне его оплатите, выродки?!

— Серый, угомонись. У детей родители умерли, а ты про ремонт. Совсем с катушек слетел? — за нас вступилась соседка. — Ещё пожарники работу не закончили, посмотри сначала, что там у тебя с квартирой.

А Лидия Петровна потащила нас на детскую площадку, подальше от озверевшего мужчины. Но я краем уха все же слышала его:

— Ну и хорошо, что они подохли. Биомусором они были, а не людьми. Ты их хоть трезвыми в последние года видел? К себе ещё пьянь таскали всякую! — он продолжал распаляться. — Ты ещё увидишь, эти тоже в родителей пойдут. Яблочко от яблони…

Я тогда смотрела на ночное небо, прижимаясь вместе с Олесей к сердобольной старушке… И думала, что вдруг действительно так? Что я тоже когда-нибудь стану такой, как мама. Тогда мне не хотелось жить, но… Сестра. Я не могла ее оставить одну, как это сделали родители.

— Сиротинушки мои, — Лидия Петровна гладила нас по макушкам. — Не слушайте всяких идиотов, им бы лишь языком сейчас почесать. Я вас к себе заберу, хотите? Одна же живу в большой квартире, как раз хоть не одиноко будет. Только надо вам все равно родственника найти, на кого опеку оформить над Лесей.

— А я не могу? Я уже совершеннолетняя, — тут же подобралась я.

— Вряд ли получится, у тебя ни жилья, ни работы, — отозвалась она. — Я бы попыталась, но из-за возраста, сама понимаешь, мне откажут.

— Меня заберут в детский дом? — всхлипнула младшая сестра. — Но я не хочу! Мира, как я без тебя там буду?

— Ты чего? Я не позволю, — я обняла сестру. Прижала к себе крепко-крепко.

Она уткнулась мокрым лицом в шикарное черное платье, которое мне подарила соседка на выпускной.

Я напряженно думала, что делать. А потом в голову ударила мысль — ведь у нас есть бабушка! Она живет далековато, конечно, но бабуля нас с Лесей любит и все порывалась забрать у непутевых, как она говорила, родителей.

Бабушка нас действительно забрала. Сначала мы с ней похоронили моих родителей. А потом уехали почти на все лето к ней в деревню. Она жила в очень живописном месте, но при этом не прямо диком — дороги были развиты хорошо, можно было за три-четыре часа доехать до города на автобусе. Я так и моталась, пока поступала в университет.

То лето можно назвать самым худшим и самым лучшим одновременно… Я тогда работала без выходных. А если брала выходные — чтобы поехать в город на экзамены.

— Совсем себя не бережешь, — качала головой бабуля. — Я ведь у вас есть, я со всем помогу! Что ты так горбатишься с утра до вечера на халтурах? Девчонка молодая, надо хотя бы гулять, подружек завести. Худющая стала — кожа да кости! И бледная такая…

— Все хорошо, бабуль, — пыталась держать лицо я, хотя меня тошнило без остановки. Мой организм даже воду отвергал — выворачивало тут же. Я думала, это из-за стресса. — Нам в город надо будет перебираться. Я буду учиться, Леся должна школу закончить. Коплю на съем жилья.

— Зачем в город Лесю тащить? Оставь ее со мной. Устрою тут в школу, что самая близкая. А ты сама в общежитие живи, тебе дадут место бесплатно. Себя беречь надо, милая.

Я не хотела лишать сестру будущего. И к тому же ей нравится ее школа, одноклассники ее очень любят — они ей даже какие-то подарки дарили и поддерживали, пока мы были в городе. Все пришли на похороны и утешали ее.

Со мной же ситуация была другая… Мои одноклассники меня травили. А тот, кого я считала своим парнем, поступил куда хуже…

— Пока не позавтракаешь, никуда не пущу! — заявила в один день бабушка, встав у двери. — Ты когда что-то ела в последний раз? С ног же валишься! Мира, так дела не делаются.

На столе стояла тарелка с ажурными блинами, заботливо политыми бабушкой сгущенкой. Мое самое любимое блюдо. Но сейчас при виде блинов начало тошнить сильнее.

— Садись и ешь! Иначе… Иначе я даже не знаю, Мира! Я боюсь, очень боюсь за тебя, моя девочка, — бабушка начала плакать. — Я свою единственную дочь не уберегла, а тебя потерять с Лесей не хочу…

У нее крупные слезы катились из глаз. Она так даже на похоронах не плакала.

— Ты чего? Не плачь, пожалуйста. Я все съем!

Села за стол, но больше одного кусочка я съесть не смогла. Меня сразу затошнило, и я едва успела дойти до мусорного ведра.

— Мирочка… Ты как? — причитала бабушка, держа мои волосы, пока меня выворачивало. — Ты чего не сказала, что тебе плохо? Мирочка…

Бабушка не пустила меня на работу и потащила к врачу. Терапевтом был мужчина возраста примерно бабули с забавной лысиной и доброй улыбкой. Он, сощурившись, посмотрел на меня. Выслушал мою сбивчивую речь.

— Тошнота и плохое самочувствие второй месяц, говорите? Ну милочка, токсикоз такая вот гадкая вещь. Но вы сходите в женскую консультацию, там вам прокапают витаминчиков, и будете как новенькая.

— Что? — выдохнула я.

— Мальчик у тебя был? — спросил прямо врач.