Нужно действовать. И действовать немедленно. Я вышел из загона и разъяренно хлопнул дверью.
— Ты в курсе, что Соня на «губе»? — спросил я у Ратибора.
— Конечно, — кивнул тот удивленно.
— Не спрашивай откуда я это знаю, просто знаю и все, — зло говорил я. — В данный момент ее пытают, пытаясь добиться правды. Правды, которую она и так им всем уже рассказала. В общем, это чистой воды поклеп.
Лицо Ратибора мгновенно побагровело.
— Суки, — прорычал он, сжав кулаки. — Так и думал, что они не остановятся на этом. Сраная инквизиция.
— Можно злиться сколько угодно, — говорил я. — Но нужно что-то делать. Ты сможешь достать ее оттуда?
Мы совершенно не походили на командира и подчиненного в тот момент, потому что я был слишком зол из-за сложившихся обстоятельств. Сдерживать эмоции в тот момент я не мог. А Ратибор как будто понимал мое состояние и даже разделял его.
— Нет, — коротко ответил Ратибор. — На инквизицию никто повлиять не может. Никто, кроме владыки цитадели. Но он и слышать ничего не хочет про их методы и возражении им. Военное время же. Здесь любые методы хороши. Они творят, что хотят и никому ничего не докажешь. Хотя зачастую, оказываются действительно правы.
— Мне плевать, — фыркнул я. — Соня не должна подвергаться такому. Она ни в чем не виновата.
Ратибор устало прикрыл глаза и сделал лицо абсолютно немым.
— Послушай, это прискорбно, — сказал он. — Но здесь мы бессильны. Если она выдержит все пытки и не сломается, они ей поверят. Мне и самому больно от осознания того, что ей там придется вытерпеть. Но таковы правила. Нам нужно сосредоточиться на поставленном приказе.
Дальше не было смысла его слушать. Только зря потерял время, а Соня лишние минуты испытывала боль. Только представив это, у меня начинало колоть сердце. И от этого я становился еще злее.
— Раз ты ничего не можешь сделать, тогда придется мне самому, — стиснув зубы сказал я. — Но знай, я этого не хотел и не хочу.
С этими словами, я развернулся и резко вошел обратно в загон. Злость буквально кипела во мне. Я вышел из себя, как тогда, в пещере гриммеров. Меня уже было не остановить.
Лазурный дракон, зафырчал, а я быстро подошел к нему, не обращая на это внимание, и положил свою руку на его тело.
Водоворот и последний барьер. Препятствие треснуло под моим натиском, потому что я мчался, словно метеор.
Вот он разум дракона. Вот нити. Они так активно переплетались с моими, что я не успевал устанавливать по ним связь, хоть и мчался изо всех сил.
Одна, другая, десятая… Последняя!
Дракон заревел, подняв голову наверх. Но и мой дар уже был силен и не требовал дополнительных действий.
«Не-е-ет!» — закричал грубый голос в моей голове.
«Да, — твердо ответил я. — Ты — мой!»
Вернувшись обратно, я увидел изменившийся взгляд дракона. Он покорно опустил голову, в ожидании приказа.
Седла на нем не было. Поэтому, когда я на него залез, пришлось располагаться между шипов, торчащих из его спины и хвататься за одни из них.
«Вперед!» — скомандовал я.
«Да, повелитель!» — отозвался покорный голос.
Дракон выскочил из загона, с хлопком распахнув створки.
— Верь мне, Ратибор! — крикнул я, пока дракон топтался на месте. — Я за Империю, но вот так просто оставить это не могу.
— Броневой! Одумайся! — закричал изумленный Ратибор, пытаясь остановить меня руками.
— Поздно, — скривившись ответил я.