Веном помнил, как был создан и брошен в этот мир, где каждый день был борьбой за выживание. Помнил как научился использовать свою силу, чтобы защищать себя и окружающих, даже если это влекло за собой боль и страдания.
Однако глубоко внутри него жила жажда чего-то большего. Симбиот знал, что существуют миры, о которых он никогда даже и не мечтал. Существа, о которых совершенно не подозревал. И посему хотел узнать, каково это — быть свободным, жить в мире, где его не будут бояться и ненавидеть. Но для этого ему нужно было измениться, стать чем-то новым. Или же изменить сам мир!
Ведьма, стоявшая перед ним, была его шансом. Она обладала знаниями и силой, которые могли помочь ему достичь его цели. Но он также осознавал, что она не будет помогать ему просто так. И явно потребует от него что-то взамен, что-то, что он, возможно, не захочет отдавать. И неважно что она у него в должниках, уж такой ведьмы народ.
Симбиот сделал шаг вперед, и его глаза встретились с глазами ведьмы. Он знал, что впереди его ждет много испытаний, но он был готов к ним. Он был готов измениться, стать чем-то большим, чем просто монстром. Он был готов стать чем-то воистину красивым и божественно сильным.
— Ты уверена в своих словах? — спросил он, его голос смягчился.
Ведьма кивнула, её глаза не отрывались от его лица.
— Да, господин Веном. Я уверена.
Симбиот вздохнул и вновь посмотрел ей в глаза.
— Спасибо за предупреждение, — сказал он. — Я постараюсь изменить свою судьбу.
Ведьма улыбнулась, хотя её глаза всё ещё были полны печали.
— Я верю в тебя, господин Веном, — сказала она. — Возможно, ещё не всё потеряно.
Симбиот кивнул и отвернулся, чтобы уйти. Но прежде чем уйти, он остановился и обернулся к ведьме.
— Как тебя зовут? — спросил он.
Ведьма грустно улыбнулась.
— Меня зовут Эклифарис, господин Веном, — произнесла она, и её голос дрожал от волнения. Симбиот кивнул и скрылся в тенях, оставив ведьму наедине с её мыслями. Эклифарис стояла неподвижно, её сердце колотилось как барабан. Она ощущала, как внутри неё бурлит магия, словно древний вулкан, готовый извергнуться.
Эклифарис была не просто ведьмой, она являлась хранительницей древних знаний и пророчеств. Её дар позволял ей видеть будущее и изменять судьбу тех, кто обращался к ней за помощью. Однако это пророчество было особенным. Оно касалось Венома — симбиота, который принёс в мир хаос и разрушение. Но также оно могло стать спасением, если всё будет сделано правильно.
Эклифарис понимала, что ей предстоит сделать трудный выбор. Она могла попытаться уничтожить Венома, чтобы защитить мир от его тёмной силы. Или же она могла попытаться изменить его, направить его на путь света и добра. Но чтобы сделать это, ей нужно было понять, что движет Веномом, какие страхи и желания скрываются за его маской.
Ведьма закрыла глаза и сосредоточилась на своих силах. Она начала погружаться в глубины своего сознания, где хранились её самые древние и могущественные заклинания. Вокруг неё начали собираться тени, образуя тёмный вихрь, который окутывал её тело.
Эклифарис ощущала, как её сознание расширяется, как она становится частью чего-то большего. Она видела Венома, его глаза, полные ярости и боли. Она слышала его крики, его мольбы о прощении. Она чувствовала его страх перед одиночеством и тьмой.
Ведьма открыла глаза и посмотрела на Венома, который стоял перед ней. Он выглядел удивленным, но не испуганным.
— И? — спросил он.
— Я хранительница древних знаний, — ответила она. — Я видела твоё будущее и знаю, что ты можешь стать чем-то большим, чем просто разрушитель миров.
Веном нахмурился.
— Я не хочу быть чем-то большим, инструментов мироздания или чьей-то игрушкой. А просто хочу быть свободным.
Эклифарис кивнула.
— Ты можешь быть свободным, Веном. Но для этого тебе нужно научиться контролировать свою силу, научиться любить и быть любимым.
Веном рассмеялся.
— Любовь?
Эклифарис приблизилась к нему и, несмотря на его холодный взгляд, осторожно положила руку на его плечо. Однако он лишь небрежно сбросил её нежную ладонь, словно это прикосновение вызвало у него лишь отторжение. Его лицо оставалось мрачным и безразличным, а глаза, полные решимости, смотрели прямо вперёд, не желая тратить своё драгоценное время на какие-то пророчества.
Эклифарис, чувствуя себя отвергнутой, отступила на шаг назад. Её сердце сжалось от боли, но она знала, что не стоит навязываться. Она была прорицательницей, и её слова часто оставались неуслышанными. Но в этот момент она не могла не почувствовать себя преданной.