Приключения Буратино (тетралогия): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Евген помолчал, то ли нахлынули собственные мысли, то ли дал передохнуть слушателю.

– Среди их диверсантов часто попадаются гибриды с преобладанием неандертальской крови и даже «чистые»… Их можно вычислить по акценту: они немного в нос говорят, и у них проблемы с произношением букв «Л» в твёрдых слогах и «Р» в любых, они обе у них на «В» похожи – следствие особенностей строения речевого аппарата. Это тебе надо будет с Силеном поговорить. Он у нас наполовину неандерталец, между прочим… Перебежчик.

У Малыша брови поползли вверх.

– Что-то я не слышал у него этого акцента.

Евген хмыкнул.

– Внимательно послушай его историю о том, как он попал к нам – Силен с удовольствием её расскажет, – и ты всё поймёшь… Итак. Кроме войн, ослабляющих, разоряющих и разобщающих человечество, есть у пещерных мерзавцев ещё одно оружие массового поражения – это религия, которая, очевидно, сама по себе прекрасный повод для войн. И если война больше тормозит материальный прогресс, то религия – духовный: и в культурном и в научном аспекте. Вернёмся к древнему примеру, – Евген открыл Гомера, полистал рассеянно и, по всей видимости, не найдя того, что искал, оставил книгу раскрытой на гравюре с двумя воинами в гребенчатых шлемах и лесом копий за ними. – Как ты, я надеюсь, уже понял, роли древних богов, египетских и греческих например, играли люди – гибриды сапиенсов и неандертальцев. У них там под землёй даже школа была специальная, актёрская, с двумя «божественными» факультетами: египетским и греко-римским. Сценариев и догм тогда не было; боги эти постоянно импровизировали, были взбалмошны и, мягко говоря, неидеальны. Внешне попадались вполне приличные экземпляры: красивые, как сапиенсы, и мощные, как неандертальцы. Ну и либидо, как у кроликов. Поэтому у южно-европейских народов процент неандертальских генов в крови сейчас самый высокий. Но внутренне… Эгоисты, маньяки, садисты. Типичные неандертальские выродки… Поэтому и растеряли они уважение и веру в себя. И на смену политеизму пришёл монотеизм.

Евген захлопнул Гомера и демонстративно отодвинул книгу в сторону.

– Оди́н идеальный бог, которого и не видел никто. Источник благости, любви и справедливости, мудрый и всевидящий, и так далее, и тому подобное по тексту…

Первую попытку предприняли через Нефертити, которая была неандертальской седецимионкой, то есть прапрадедушка её был неандерталец. Эта египетская Мата Хари была любимой женой фараона. Она внедрила в сознание мужа страстное, трудно мотивируемое желание упразднить всех богов кроме Атона. Он даже имя поменял: был Аменхоте́п, то есть «Амон доволен», а стал Эхнато́н – «Полезный Атону». Но попытка провалилась. После смерти Эхнатона его нововведения были отменены, а имя его предано проклятию и забвению.

Тогда к вопросу подошли более системно. Для начала решили всё упростить и конкретизировать. Кто-то догадался разработать сценарий, который расписали с самого́ основания Мира. И авторов неплохих где-то взяли, – он процитировал нараспев: – «Вначале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою». Непонятно, правда, откуда там вода взялась…

Историю иудейского народа переписали задним числом, ввели якобы исторического персонажа Моисея с непростой и довольно интересной судьбой. Прямых последователей Моисея оказалось немного. Дело в том, что авторами священных писаний становятся чаще всего евреи, и в качестве гонорара за свой труд кроме прочего они выторговали возможность в рамках нового учения сделать свой народ богоизбранным. Чем они думали – непонятно, так обособляя и возвышая евреев; в итоге обрекли своих потомков на страдания и гонения вечные. Но в общем проект оказался более чем успешен. Авраамические религии41 получили распространение по всему земному шару. Христиане различных концессий сейчас составляют треть народонаселения планеты, мусульмане – почти четверть.

На третьем месте индуисты, их пятнадцать процентов, однако их религия вторична; азиатские отделения неандертальского Управления Верой и Правдой получили удачно обкатанную на Ближнем Востоке и в Европе модель Ветхого Завета в качестве образца для написания своих скрижалей.

– Погоди, Евген, что-то не сходится… – остановил его Малыш. – Треть, плюс четверть, плюс пятнадцать процентов… – он задумался на секунду, – уже семьдесят три процента. А сколько же остаётся на атеистов?

Евген усмехнулся.

– А ты верующих китайцев посчитал? У них своя тема… А буддисты? А сикхи? А собственно иудаисты? И прочая, прочая, прочая… Есть ещё куча нетрадиционных и новых религий… Атеистов, дружок, три процента.

– Как три?! – Малыш выпучил глаза. – В двадцать первом веке?

Казалось, Евген сам расстроился.

– Неким утешением является то, что четвёртое место после индуистов занимают колеблющиеся, то есть агностики – их процентов десять. И ещё то, что за последние пятнадцать лет доля неверующих увеличилась в полтора раза. Это, кстати, вызывает огромное беспокойство под землёй. Много голов полетело с плеч в прямом смысле этого слова. Там до сих пор рубят головы. Это высшему эшелону, гибридов же варят живьём – отсюда все эти россказни про геенну огненную. Мы отвлеклись…

За тысячу лет ветхозаветное умозрительное божество на фоне развития наук и искусств стало вызывать всё больше сомнений в своём существовании. Кроме того, закончился очередной этап передела территорий и постоянных войн. Призыв «око за око», то есть к войне и убийству, стал не так актуален. Он уступил место востребованной временем рекомендации подставлять щёки, буде кому захочется их потрепать – покорность и смирение стали новым божественным императивом.

Сначала, конечно, было слово – написали новый сценарий. Чтобы не конфликтовать с предыдущей, весьма успешной, версией веры, решили её дописать, сделать, так сказать, сиквел – Новый Завет. Людям дали живого Бога. Его воспитали из числа обыкновенных наземных сапиенсов, чтобы был он буквально «по образу и подобию», чтобы свой в доску. Рождение будущего мессии обставили очень основательно. Зачатие бога-сына, знаменующее собой мост между Ветхим и Новым Заветами, действительно было непорочным. Такая технология уже давно использовалась в Подземелье: для разведения своих ублюдков неандертальцы осеменяли рабынь своих как коров – не до всех у подземных владык, так сказать, руки доходили.

Историю с избиением младенцев скопипастили с истории Моисея – добавили драматизма с помощью спекуляции на детских страданиях и смерти. Только в первый раз всё это было не по-настоящему – просто миф, а вот через тысячу лет убивать реальных младенцев Ироду помогали метисы из свежесформированного Христианского отряда арамейского отделения неандертальского Управления Верой и Правдой. Волхвов сыграли самые даровитые артисты Подземелья. То, что всё это было спланировано, косвенно подтверждается некоторыми внутренними документами различных диверсионных и разведывательных групп Подземелья, попавшими в наши руки: они датированы годами с первого от Рождества Христова до тридцать третьего.

– Да-да! – воскликнул погребённый под свалившейся на него информацией Малыш. – Вот я и хотел спросить: откуда известна вся эта альтернативная история?

– Во всех филиалах нашей Службы во все времена имелся свой летописец. В современном Израиле и Палестине, например, это ваш покорный слуга, – Евген слегка наклонил голову.

Когда он ушёл, Гомер остался лежать на прилавке, являя собой символ наивности и добродушия древнего многобожия.

Глава 3.

Вечером Даниэль застал Силена в подвале, в тренажёрном зале. Гибрид неандертальца почти каждый вечер проводил там часа по три, Малыш заходил туда пару раз в неделю после работы размяться и побить грушу.

Силен лежал на скамейке и жал от груди штангу, гриф которой прогибался от тяжести навешенных на него блинов. Малыш прикинул общий вес – 245 килограммов вместе с замками. Раньше он изумлялся огромной, чемпионской силе Силена, но теперь она объяснялась его неандертальским происхождением.

Медленно подняв штангу в очередной раз и увидев Малыша боковым зрением, Силен сдавленно бросил:

– Помоги!

Малыш быстро встал у него за головой и приготовил руки, чтобы подхватить гриф. Следующий повтор Силен сделал сам, дугой выгнув спину. Шумно попыхтел и снова опустил штангу себе на грудь. Она пошла вверх, но остановилась на полпути, Малыш протянул было руки, но Силен мотнул головой. Жилы на руках и низком лбу его, казалось, сейчас лопнут. Глаза под мохнатыми бровями лезли из орбит. По сторонам широкого, не раз поломанного носа вздувались и опадали могучие ноздри. Заросшее клочковатой бородой лицо тряслось. Штанга звенела, но не двигалась вверх ни на миллиметр. Тогда атлет резко опустил штангу, да так, что затрещали рёбра. Снаряд отпружинил от грудной клетки и Силен с диким, животным стоном дожал его до верха. Малыш подумал, что теперь он поставит штангу в стойку, но… она снова пошла вниз. И снова встала на полпути к рогаткам. Теперь оскаленный Силен чуть кивнул, Малыш подставил ладони под гриф и тихонько потянул вверх. (В самый первый раз, когда он бросился помогать слишком рьяно, получил выговор и тяжёлый удар ребром ладони по четырёхглавой мышце бедра, от которого нога на несколько минут онемела). Силен снова взвыл. Штанга плавно поднялась над рогатками и с грохотом и лязгом бухнулась в них.

[41] Авраамические религии – монотеистические религии, происходящие из древней традиции, восходящей к патриарху семитских племён – Аврааму.