– Нет.
За него пояснил Бронфельд:
– Амир занимается… ммм… как бы это сказать?.. формированием общественного мнения в морально-этических и религиозных аспектах.
Даниэль удивлённо уставился на араба.
– Что это за работа такая?
Вместо ответа тот полез во внутренний карман пиджака.
– Смотри, что у меня есть.
На его ладони оказалась маленькая металлическая коробочка, в которой лежал зелёный кирпичик.
– Нюхай! – велел он.
Даниэль взял коробочку двумя пальцами. Запах был приятный, цветочно-фруктовый, но с одной достаточно характерной ноткой.
– Что это?
– Ароматизированный иранский гашиш для кальяна. Как говорил мой отец, мир праху его: «Хочешь узнать человека – покури с ним кальян», – серьёзно сказал Амир.
– А он точно кальян с гашишем имел в виду? – на всякий случай уточнил Даниэль.
– Точно, – араб прикрыл глаза и покивал головой.
– А тут и кальяны есть?
– Конечно, есть! Иначе бы нас здесь не было, – араб сделал знак официанту.
Дальше всё утонуло в синем кальянном дыму, из которого периодически выныривали то круглая голова Льва, то узкое лицо Амира и изрекали плохо связанные между собой сентенции.
Амир говорит:
– Гашиш забрал у меня улыбку. Выдаёт на время, когда я прихожу к нему в гости.
И скалится джинноподобно.
Бронфельд говорит:
– А знаете, почему старики так любят отращивать бороды?.. Потому что морда становится стрёмная, надо же чем-то её прикрывать!
Это странно, не к месту, но всем почему-то кажется очень забавным.
Тут Даниэль решает, что это самый подходящий момент, чтобы впервые обнародовать мысль, которая недавно пришла к нему в голову во время смены в магазине.
– Высшее образование – это возможность обслуживать богатых пидорасов в самостоятельно выбранной позе.
Фраза производит фурор. Компания веселится так, что на них оборачиваются посетители и официанты.
– Сам придумал или вычитал где? – интересуется Бронфельд.
Даниэль кивает.
– Сам.
Тогда Писатель предлагает: