Приключения Буратино (тетралогия): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Говорит, что очень успешный автор, что известен в Интернете… Обложка симпатичная. Название сразу дурацким не показалось… – он протянул книгу шефу. – В общем, я повёлся.

– Да ты не переживай, Малыш, дело житейское! – сказал Карлсон мультяшным голосом. – Садись, разберёмся.

Он взял книгу и подтолкнул Малыша к дивану. Сам сел в своё любимое кресло, повёрнутое так, чтобы одновременно наблюдать и огонь в камине, и входную дверь.

Карлсон вообще любил свой камин и, когда было не слишком для этого жарко, топил его вечерами. В Иерусалиме относительно прохладно бывает с ноября по апрель; ветер с гор становится ледяным и делает Иерусалим, пожалуй, самым промозглым городом Израиля. Иногда он даже приносит снежные тучи. Берёзовые дрова для камина привозили откуда-то в штабелях, которые хранились в подвале. Именно берёзовые, почему-то именно их аромат был сладок и приятен для бывшего жителя средней полосы России.

– Говорит, известен в Интернете? – спросил Карлсон, осматривая обложку со всех сторон. – Ты проверил?

– Конечно. Не врёт. Все площадки его творениями завалены. Он плодовит, как дрозофила, и стабилен, как… – Малыш задумался на миг, подбирая эпитет, – инфляция. По нескольку романов в год публикует.

– Что ж, давай посмотрим… – пробормотал Карлсон, открывая книгу.

Он внимательно прочёл первую страницу, гулко захлопнул книгу и печально посмотрел на Малыша. Потом раскрыл том случайным образом и пробежал глазами несколько строк. Сделал так ещё дважды, каждый раз сокращая отрывок, и, наконец, не меняя выражения лица, швырнул книгу в камин. Поднялся целый сноп искр и улетел в трубу.

– Туда ей и дорога! – выдохнул Малыш с облегчением.

– Меня очень огорчает чтиво подобного рода… И чтобы этого мусора и близко в моём магазине не было! – потребовал Карлсон.

Тут в гостиной появилась Дора в тюрбане из полотенца и купальном халате. Малыш машинально переменил позу на более мужественную. Он испытал целую палитру ощущений. Сначала в кровь хлынули сразу все гормоны радости и удовольствия, как всегда бывало при её появлении. Потом он ощутил адреналиновый укол ревности. Он понимал, что такая женщина не может быть одна… но то, что её избранником оказался старый, седой Очиповский, было очень неприятно. До этого Малыш пытался представить себе того, кто может укротить эту пантеру. Иногда себя в роли укротителя. А тут… Хотя кем бы ни оказался её хахаль, европейским аристократом или африканским монархом, материализовавшись, он вряд ли вызвал бы у него положительные эмоции. Так что Карлсон не худший вариант…

При виде Малыша мулатка улыбнулась. Потом заметила пылающую в камине бумагу.

– А что это у вас тут такое интересное происходит, мальчики?

– Да вот, предаём огню творение одного прохиндея, полагающего себя гением, – сердито сказал Карлсон.

Дора опустилась на диван рядом с Малышом. Он вдохнул её аромат, и сердце его забилось ещё чаще.

Глядя, как догорает книга, она сказала задумчиво:

– Представляете, как это ужасно – мнить себя гением и быть при этом бездарностью? Это сродни сумасшествию. Ведь любой, серьёзно полагающий себя писателем, меняющим реальность и творящим миры, должен непременно также и полагать себя гением. Все остальные, готовые признать себя дарованиями средней руки, – не писатели, а так, щелкопёры. А если он при этом никакой не гений и чудовищно плох в своих потугах? Он может быть добрым мужем, замечательным другом и тонким ценителем искусств и абсолютно не осознавать собственной посредственности как творца… Чем тогда отличается он от Наполеона или Цезаря из палаты для буйнопомешанных? Его можно только пожалеть, господа…

– Однако есть вариант и похуже… – заметил Карлсон.

– Это какой же? – удивилась Дора.

– Когда этот говнодел признан и успешен.

К этому моменту злосчастная книжка уже обратилась в пепел.

– Ты узнал человека на фото. Как ты с ним познакомился? – Карлсон ждал ответа.

Малыш сразу вспомнил лицо, когда увидел фото, но фамилию вспомнить не мог.

– Это же автор того самого романа, который вы как-то использовали в качестве растопки… Помните? Ну этот… Бронфин… Бромгарц… Бромфельд… – забормотал Малыш, щёлкая пальцами.

– Бронфельд, – подсказал Карлсон.

– Точно! Лев Бронфельд!

Тогда шеф вдруг огорчился, и видно было, что на этот раз по-настоящему. Он уставился в камин, как будто пытался разглядеть в огне пепел той злосчастной книжки.

– Эх, Малыш-Малыш, как же ты меня огорчаешь… Теперь этот халтурщик будет нашим любимым автором, и выдели ты ему отдельную полку на самом видном месте.

Потом серьёзно посмотрел на Малыша.

– Пока я не могу объяснить, почему нас интересует этот тип, но готов поручить тебе следующее: выйди с ним на связь, подружись, залезь в душу. Выясни круг его общения, подружись с его друзьями, им в душу залезь… В общем, узнай о нём всё, что возможно узнать о человеке, не применяя пыток. Это задание можно считать стажёрским – после его выполнения, я смогу убедить руководство в том, что ты нужен нам как агент. Берёшься?