VI
На другой день вечером все общество собралось в столовой.
Гарри был угрюм, несмотря на целую кучу писем и визитных карточек, выражавших благодарность и восхищение за вчерашний роскошный праздник.
Несколько более знакомых лиц явилось лично благодарить его.
– А слышали новость? – спросил вновь вошедший аптекарь, не успев даже и поздороваться. – Умер скоропостижно корнет Визе. Я был у него.
– Как, что, расскажите! – послышались вопросы.
Довольный общим вниманием, аптекарь начал:
– Вчера на балу с Визе приключился обморок.
– Обморок? А я и не знал, – сказал Гарри.
– Да, его товарищ, корнет Давинсон, нашел его без чувств в зимнем саду, – продолжал аптекарь. – Визе был выпивши и бормотал какую-то чушь. Но потом он оправился, и они прямо с бала поехали в лагерь, в офицерскую столовую. Там обильно позавтракали. Визе был здоров, хотя и очень бледен.
Собирались к часу ехать в город с визитами, но вдруг в двенадцать часов Визе объявил, что он так устал и так хочет спать, что не в силах держаться на ногах.
И правда, он очень ослабел, так что только с помощью Давинсона добрался до своей палатки и упал на постель.
Больше не суждено ему было с нее встать.
Перед вечером денщик нашел его мертвым. Лицо спокойное, даже радостное, а в кулаке зажата поблекшая мертвая роза-ненюфар. Надо думать, дорогое воcпоминание прошедшего бала, – с азартом ораторствовал аптекарь.
Все сожалели о покойном: корнет Визе был еще так молод!
Многие, в том числе и Гарри, спрашивали, когда похороны, и тут же условились поехать отдать последний долг усопшему.
Только Джемс и Райт угрюмо молчали…
Закурив сигары, они откланялись обществу и вышли в сад на обрыв.
– Ну что? – первый прервал молчание Джемс.
Райт молчал.
– Не прав ли я – дело неладно. Я едва ли ошибусь, если скажу, что участь Визе грозила вчера и Гарри.
Райт все молчал.
– Что ты молчишь, как истукан? – вспылил Джемс.
– А что ты пристал ко мне? Разве я что-нибудь понимаю в этой чертовщине? – огрызнулся Райт.
– Не сердись, голубчик, лучше подумай, что нам теперь делать, – просил взволнованно Джемс.
– Если б это были команчи[103] или туги – дело другое; а тут я ничего не понимаю, – хмурясь, ответил Райт.
– Но я ведь помню, что видел ее, но где, когда? А ведь видел, видел… – не унимался Джемс.
– Ты говоришь «она», а кто она? Дама в голубом платье, а что мы можем о ней сказать?.. Видение в Охотничьем доме и вчерашняя маска. Да, быть может, это совпадение! А если предположить, что мы видели ее призрак прежде, чем увидели ее самое? Разве ты не знаешь: «Есть много, друг Горацио, чего не снилось нашим мудрецам!»[104] – задумчиво говорил Райт. – Но где тут опасность? – как бы про себя продолжал он.
– Где опасность? Вот в том-то и вопрос! А что опасность есть, это я чувствую, чувствую, – горячо убеждал Джемс.
– Да еще бы тебе не чувствовать опасности или преступления, на то ты и Шерлок Холмс, – засмеялся Райт.
[103] Команчи – индейское племя в Северной Америке.
[104] Цитата из трагедии «Гамлет» (1603) английского поэта и драматурга У. Шекспира (1564–1616).