Дрю взглянула на нее.
— Еще новости?
Адриенна жестко кивнула.
— Сообщение с одного из наших южных форпостов — группа расхитиелей напала на небольшое поселение.
— Черт, — пробормотал Дрю. Как наарвийцы могут нападать на наарвийцев на фоне всех остальных ужасов, она не понимала. Но война выявила самые темные стороны человечества, в которых, похоже, не было недостатка.
— Я знаю, — ответила Адриенна. — Все чаще поступают сообщения о пропаже людей. С сегодняшнего дня все наши сторожевые башни укомплектованы.
— Хорошо. — Дрю огляделась по сторонам, выискивая знакомые лица. — Где Гус?
Ангус Кастемонт был их общим подопечным, одиннадцати лет от роду, отчаянно желавшим присоединиться к их отряду, и все это время он был такой же занозой в заднице, какими, по воспоминаниям Дрю, были ее братья в этом возрасте.
После их смерти Дрю держала на расстоянии всех, кроме Адриенны, даже отца. Но Гус… Гус пробил себе дорогу в ее ожесточенное сердце. Его старший кузен, Дратос, привез его в безопасную крепость с кишащего рейфами юга, еще одного сироту Наарвы… Да и выглядел он соответствующе. Гус был меньше среднего одиннадцатилетнего ребенка, вечно ходил в одном и том же дырявом вязаном джемпере, а копна кудрей вечно падала ему на глаза.
Но мир каким-то образом не приглушил в нем свет.
Однажды он нашел Дрю на вахте и, несмотря на ее угрюмый характер, уселся рядом с ней, завалив ее шквалом вопросов, на которые она не удосужилась ответить. Впрочем, его ничто не смущало. Парень умел разговаривать под водой.
Как раз в тот момент, когда Дрю начала терять терпение, он бросил на нее пронзительный взгляд.
— У тебя есть братья и сестры? — спросил он так искренне, что Дрю не смогла отказать ему в этой информации.
— У меня были братья.
— Я могу сказать, — гордо ответил он.
— Потому что я пытаюсь тебя игнорировать?
— Да, — заявил он. — У меня было три сестры. Я был посередине: старший брат и младший брат одновременно. Это был полный бардак.
Дрю неожиданно рассмеялась и посмотрела на мальчика — худенькие конечности, большие голубые глаза и матовые каштановые волосы.
— Мне знакомо это чувство.
Его нижняя губа дрогнула, и Дрю пронзило сочувствие.
— Где они сейчас?
— Мертвы.
Она так и предполагала.
— Мне очень жаль.
— А твои братья?
— Мертвы.
Мальчик кивнул с пониманием, превышающим его одиннадцать лет.
— Дратос говорит, что каждый может стать семьей.
— Правда?
Гус кивнул, ковыряясь в рукавах.