Цветы смерти: читать начало книги онлайн

– Конечно, я не эксперт в медицине, но, посмотрев на фотографии пациентов, с уверенностью могу сказать, что верю вам. Десять человек, которых вы вылечили, даже дали интервью на телевидении.

Ли Ёнхван откинулся на спинку стула и залился истерическим смехом. Казалось, слова прокурора его позабавили.

Недавно его перевели в одиночную камеру. В ней стоял телевизор, поэтому он знал из новостей, что люди верили в его способности. Поэтому его невероятно смешили слова прокурора, который заявил, что уверен в его методе, но в то же время обещает убить.

– Господин прокурор, – усмехнулся Ли Ёнхван, – по всему миру живет множество людей, больных раком, множество инвалидов. И я единственный, кто может подарить им счастливую и долгую жизнь. Думаете, наше правительство позволит мне умереть? Метод существует только в моей голове – я предусмотрительно не оставлял записей. Поэтому если я умру, то унесу с собой в могилу возможность всего человечества избавиться об боли и страданий.

– Господин Ли, вы же знаете, что в Корее всем заправляет право. Не важно, кем вы себя возомнили, богом или просто всемогущим человеком, судья будет выносить приговор в соответствии с законом. Вы убили кучу людей? Тогда вас ждет смертная казнь. Не будьте глупцом.

– А если все-таки не ждет? – спросил Ли Ёнхван.

– Я убью вас сам, как и сказал раннее, – произнес Чан Тонхун, нахмурившись еще сильнее.

Ли Ёнхван расхохотался, словно провоцировал собеседника убить его прямо сейчас. Но лицо прокурора оставалось непроницаемым, как у восковой фигуры.

Началось расследование, Ли Ёнхван признал вину во всех убийствах, о которых было известно полиции. Он описал критерии, по которым выбирал жертв, и сам процесс похищений. Обычно все происходило безо всякой четкой схемы – идеальный метод преступников, о котором обычный человек и не догадывается. Поэтому полиция не могла никого отыскать и объявляла пропавшими без вести.

Когда Чан Тонхун спросил преступника об опытах на людях, тот пояснил, что искусственно вызывал и лечил различные заболевания и патологии у похищенных. И так повторялось раз за разом, пока подопытный не умирал. Прокурор потребовал подробности, но Ли Ёнхван лишь неопределенно пожал плечами и замолчал. На этом первый допрос закончился.

После Чан Тонхун встретился с коллегой на площадке для курения, и они направились в кафе напротив, чтобы пообедать.

– Слышал, тебе поручили дело Ли Ёнхвана, – начал собеседник. – Ты серьезно будешь добиваться смертной казни?

– Что ты имеешь в виду? – удивленно спросил Чан Тонхун.

– Не думаю, что Ли Ёнхван мошенник. Говорят, ты тоже веришь в его способности. Раз он может излечить любую болезнь, может, стоит оправдать его? Более трехсот тысяч человек подписали петицию с требованием его смерти. Больные люди, напротив, требуют освободить его, о нем говорят даже за границей. В тюрьму ты его можешь посадить, но приговорить к смертной казни? Не думаю, что получится, – ответил коллега, наливая воду в стакан.

– Пёнчжон, но ведь триста тысяч человек, подписавших петицию, желают ему смерти. Их мнение никого не интересует? Черт возьми, помнишь того мерзавца, изнасиловавшего ребенка? Вся страна требовала его казнить, но его посадили, а сейчас выпустили из тюрьмы, и он живет себе счастливо. Разве так должно быть? Ли Ёнхван убил пятьдесят шесть человек. Ему не избежать казни. – Чан Тонхун откашлялся, сделал глоток воды, а затем продолжил: – Даже если законы в нашей стране неидеальны, их нужно соблюдать. Будь ты богатым или бедным, президентом или обычным человеком – каждый должен получить наказание за свои правонарушения. А ты подумал о семьях жертв? Что им делать? Ты бы смог жить дальше, зная, что к человеку, убившему их близкого, относятся как к национальному герою? Я – нет. Если бы Ли Ёнхвану суждено было жить, он бы не встретился со мной.

Чан Тонхун произносил свою пламенную речь, и при этом ни один мускул не дрогнул на его лице. Коллега удивленно взглянул на него и хотел было что-то спросить, но официантка принесла им закуски и рис в плошках.

– Допустим. А если он попадет под специальную амнистию? – не выдержал тот и отложил в сторону палочки. – Ли Ёнхван может вылечить любую болезнь, его обязательно помилует президент.

– Об этом можешь не волноваться. Тогда я сам убью его, – решительно произнес Чан Тонхун.

Пёнчжон громко засопел и начал есть закуски. Чан Тонхун не отбрасывал слова коллеги, но просто не понимал, почему он вдруг переживает за преступника и сомневается в вердикте. Тот убил пятьдесят шесть человек, проводил на них опыты, да еще и признался в этом. Президент никогда не дарует ему специальную амнистию. Ли Ёнхван не сможет избежать наказания ни в одной стране, где существуют законы. Другими словами, он умрет.

Часть 2

Первый Приговор

Статья 11, пункт 1 Конституции Республики Корея: «Все граждане равны перед законом, и в политической, экономической, социальной и культурной сферах к ним не может быть применена дискриминация по половому признаку, религиозным убеждениям и социальному статусу».

Спустя два месяца после ареста Ли Ёнхвана расследование было завершено. Чан Тонхун сидел в комнате для допросов и перебирал кипу бумаг – она напоминала башню. На столе валялись пустые банки от энергетиков. Напротив него сидел Ли Ёнхван. Он казался вымотанным после продолжительного допроса.

Полицейские нашли всех жертв, погибших от его руки. Двести двадцать три человека, среди них девяносто пять детей (личности пятидесяти из них не установлены), сто взрослых корейцев (личности тридцати не установлены), двадцать восемь взрослых иностранцев. Все убитые дети были младше трех; они родились во время экспериментов Ли Ёнхвана. Возможно, двадцать один ребенок умер в результате аборта, но плоды были младше двадцати четырех недель, поэтому это не считается убийством.

Сто шестьдесят семь человек выглядели как трупы в низкобюджетных фильмах ужасов. И причина этому – опыты Ли Ёнхвана. Тела жертв, даже самых первых, убитых четыре года назад, не разлагались благодаря специальному раствору, которым тот бальзамировал трупы.

Общественности не следовало знать подробности об экспериментах – они были слишком ужасающими и жестокими. Поэтому журналисты знали только о числе жертв и о проведении опытов над ними.

– Господин Ли, на этом допрос окончен, – произнес Тонхун, бросил на стол материалы дела и потянулся.

Преступник последовал его примеру.

– Господин прокурор, вы уверены в этом?

– Да; если вы, конечно, не совершили других преступлений.

Ли Ёнхван положил руки на стол, тяжело вздохнул, а затем лег на стол, как уставший школьник.