Но сюрреализм продолжался и ожиревший полицейский долго пытался строить из себя крутого спеца, держа меня в молчании и тяжёлой атмосфере.
Он старательно делал вид, что не замечает моих вопросительных взглядов, но даже такому новичку в чтении языка тела, как я, было понятно, что он просто рисует каракули в тетрадке.
-Я... Пожалуй пойду.
Никак не прокомментировав мои слова, пузатик продолжил свои важные дела. Но вот стоило мне дойти до двери и отворить её, как на лице у мужика проявилось недюжинное удивление.
-Как ты открыл дверь?
-Так... Она не заперта, — для наглядности я подёргал её в разные стороны, — это же дверь в учебный класс. Тут даже банальной щеколды нет.
-Точно, — хлопнув себя по лбу, коп с горем пополам выбрался из-за стола и, встав рядом, попытался грозно нависнуть, — ты не можешь просто уйти, парень, так что давай ты вернёшься за стол.
-Я задержан?
-Пока ещё нет...
-Сейчас, я задержан?
-Нет.
-Вы же в курсе, что я несовершеннолетний?
-В смысле?
-А ещё я свидетель небольшой войнушки в центре города, — видя непонимание на его одухотворенном лице, терпеливо разминаю переносицу, — ну с психом, который ломбард взорвал. Я там был...
-Точно? А не врёшь ли ты мне, парень? Мне сказали, что ты целовался с пластиковым манекеном в виде Капитана Америки.
-Чего?
В этом момент дверь в класс распахнулась и внутрь ввалился тощий прокуренный мужик с такими огромными синяками под глазами, что случайный прохожий мог принять его за панду.
-Ларри, твой целовака в соседнем. Этот мой.
Тыкнув большим пальцем в мою сторону, тощий обогнул своего толстого товарища...
«Я будто попал в Маски-Шоу».
-Садись, херли ты там встал? У нас мало времени и много работы.
Чувствуя, что ещё пожалею об уходе пухлика, присаживаюсь напротив нового лица, складывая руки на груди.
-Шон Салливан, верно?
-Ага.
-Салливан... Ты шотландец?
-Ирландец.
-А какая разница?
Мне этот парень уже не нравился.
-Мой папаня говорит, как между промежностью и задницей, а ты уж выбирай, что тебе больше нравится.
-Я люблю задницы...