Из его пасти разит мертвечиной и гнилью, с зубов капает чёрная жижа, да и сам он конкретно попахивает, что не добавляет настроения. Вонь стояла просто адовая, перебивая даже канализационное амбре.
Улучив момент, подтягиваю ноги к груди, упираясь стопами в Питера, после чего в одно движение выпускаю его из своей хватки, параллельно отправляя в полёт.
Из пролома в потолке меня осветили фонариком, после чего наверху началась ругань между копами разных участков.
«Нужно свалить подальше, вывести его отсюда, чтобы не мешались остальные. Надеюсь, ребята и Стейси прикроют мою задницу».
Паук же уже успел прийти в себя и ныне активно перемещался по потолку, готовясь к новому броску. Жажда крови поглотила его целиком, потому у меня не оставалось сомнений — в случае моего побега он будет гнаться за мной до последнего.
А сраный телефон всё продолжал звонить, поэтому, не выдержав, я вытащил его из кармана.
-Наконец-то, Шон! С-с-с-сколько можно!?
-Док, сейчас не лучшее время. — Уклонившись от броска не думая срываюсь на бег, уводя Паркера подальше от левых зрителей. Это была нелепая погоня, ведь помимо преимущества в маневренности, из-за чего мне приходилось замедляться, я ещё и по телефону разговаривал. — Ваше лекарство не сработало. Он всё ещё уродец...
-Ну, с-с-спасибо, Шон.
-Я, не в том... А ладно, забейте, потом извинюсь. Лучше скажите что делать?
-Сыворотка с-с-с-сработала как надо, но, — я явно слышал, как гигантский ящер высовывает язык изо рта, натужно шипя, — что-то мешает ему обратиться до конца, словно он сам не может сделать последний шаг...
Тут я словно налетел на стену. А ведь и вправду. Коннорс не мог обосраться в подобном, у него уже давно набита рука на изменение генома, да и в Марвел с этим вопросы решались быстро и легко.
Увернувшись от нового броска, отправляю Питера в полёт, после чего, вырвав люк над головой, вырываюсь на поверхность, скрываясь в темных переулках, где нас никто не увидит.
Напуганные новостями и сиренами люди прятались в своих домах, боясь подойти к окнам, так что небольшой порог конфиденциальности нам был обеспечен.
-Поточнее, доктор. Думаете, Питер сам не хочет возвращаться?
-Не знаю. Я не уверен... Для финального шага нужна с-с-сильная воля. Мне пришлос-с-сь побороть ящера в ментальной битве. И думаю, у Питера гораздо больше шансов одолеть с-с-своё чудовище, чем у меня.
-А может и нет.
Не слушая удивленного возгласа Курта, скидываю звонок, пряча мобильник в карман.
«Значит, не хочешь вылезать... Питер, дружище... Неужели воспоминания твари так сломали тебя?».
Развернувшись лицом к преследующему меня монстру, я приготовился к бою и к чему-то крайне неожиданному в моей жизни. Нужно было провести сеанс психотерапии для друга, спрятанного глубоко внутри монстра.
-Ты должен бороться с этим, старина, — мой хриплый голос облетел узкий переулок, обретая голос, который слышался как призрак из глубины души. — Ты…
-Кх-р-р-р-р, — мерзкий полухрип-полушипение вырвался из его рта.
-Ты не монстр, старина. Помни, сердце вот здесь. — Но он никак не отреагировал на мои слова, продолжая медленно приближаться. — Прости, Пит. Если ты не хочешь по-хорошему, то я сделаю это по-плохому.
Несмотря на свои собственные силы, манипуляторы и боевой опыт, я по-прежнему носил в карманах множество полезных вещей, что смогут стать неприятным фокусом для врага почти любого уровня... Ну, кроме совсем бешенных ублюдков по типу сестры Тора или Халка, да и есть в галактике ещё несколько разумных...
Тем не менее, сейчас мне нужно было сделать кое-что неприятное и, надеюсь, Питер простит меня за это.
Небольшой баллончик с легко воспламеняемым газом, химическая смесь, что должна была заменить перцовку, но по итогу оказалась слишком легко воспламеняемой.
Запасная зажигалка чиркнула в руке.
Струя огня ударила прямо в лицо моему другу, вызывая испуганный визг, после которого паук повалился на землю, дрыгая лапами, пытаясь сбить огонь.
-Я знаю, ты там, Питер.
Одна из его лап загорелась, как и остатки одежды. Выпрыснутая почти в упор струя опалила морду, из-за чего мутант ныне бился в истерике, пытаясь отползти подальше, но при этом страшась огня больше всего на свете. Он боялся огня, страшился его, но при этом хотел поскорее скрыться, из-за чего нещадно тупил, всё сильнее покрываясь ожогами.