Андрей подходит ближе. Почти впритык. Но не прижимается ко мне. Лишнего не позволяет. Между нами остаётся небольшой зазор, который кажется слишком мизерным, чтобы не чувствовать жара, исходящего от тела мужчины. Он пристально смотрит в мои глаза. Его взгляд, как игла, пригвождает мой позвоночник к стене лифта, словно бабочку к доске. Нет возможности ни вдохнуть толком, ни шевельнуться.
Что ему от меня нужно? Не станет же он проявлять насилие…
Для такого человека, как Соболь, это слишком просто, безрассудно и скучно. Тем более на камеру, вмонтированную в потолок.
Господи, да у него дома беременная девушка, и он совсем не выглядит тупым идиотом!
От нескончаемого потока мыслей голова начинает пухнуть. Мы так привыкли искать во всём какой-то злой умысел, что сознание уже волей неволей подкидывает нехорошие сценарии для жизни.
— Я не занимаюсь колдовством, — из-за напряжённых связок мой голос звучит немного сдавленно. — Это грех, за который наши дети понесут наказание…
Он усмехается, словно я ляпнула какую-то несусветную чушь.
— Неверный ответ, Маша. В настоящее время Земля настолько быстро вращается вокруг своей оси, что каждый из нас расплачивается за содеянные грехи лично. Причём, карма настигает в ближайшие дни, а то и минуты. У детей будут свои грехи. Наши здесь ни при чём. Ты не можешь этого не знать. Выглядишь умной девочкой. С отпечатком интеллекта на лице…
— Вы остановили лифт, чтобы поговорить о духовности?
— Хочу уберечь одну красивую женщину от ошибки. Дай мне свой телефон, — протягивает руку ладонью вверх.
— Зачем он вам? — мои пальцы инстинктивно стискивают девайс. Сердце снова ускоряется. Этот человек не так прост, каким пытается казаться. Мне кажется, что даже Мила его не знает, не смотря на то, что живёт с ним под одной крышей и ждёт от него ребёнка.
Не дождавшись от меня реакции, Андрей без труда выдёргивает мобильный из вспотевшей ладони. Тот просто выскальзывает к нему в руку.
— На всякий случай оставлю тебе свой номер, — спешит успокоить, заметив мою растерянность. — Если понадобится помощь, можешь набрать меня в любую секунду.
Справившись с задачей, вручает мне девайс. Принимаю его, не сводя с Андрея настороженного взгляда.
Какого черта он творит?
— У меня есть мужчина. Он решает мои проблемы. Вас они никоем разом не касаются, — отбиваю, словно очнувшись от кратковременного гипноза.
— Он может блестяще спасать тебя от кого угодно и сколько угодно, защищать от всех бед, но только не от самого себя. Не торопись удалять мой номер. Хотя бы до свадьбы. Сотрёшь, когда будешь уверена в том, что он тебе точно не понадобится. Обещаешь?
— Откуда вы так хорошо его знаете?
— Я всё знаю о своих конкурентах.
— Как и они о вас?
— Не исключено, — добавив это, Соболь приводит в движение лифт.
Вибрация сотового вынуждает вздрогнуть. Бросаю взгляд на экран. «Тот, который Исаев» настойчиво пытается дозвониться, а я как вкопанная, не решаюсь взять трубку. Едва дышу.
У меня час ночи, у него одиннадцать. Он в Германии, я в лифте с его конкурентом. Лучшего момента в жизни не придумаешь…
— Ответь, я сделаю вид, что меня здесь нет, — Андрей отходит к дверям.
Достигнув нужного этажа, лифт останавливается. Распахивает створки, выпуская нас обоих наружу. Пройдя мимо консьержа, я сразу же принимаю вызов.
— Руслан? Что-то случилось? — в горле настолько сухо, что, кажется, я хриплю.
— Случится, если ты сейчас же не покинешь квартиру своей подруги и не спустишься вниз, — он говорит спокойно, но с той интонацией, которая способна раздавить не только человека, но и выстоявшее веками прочное сооружение. — У тебя ровно две минуты.
Разговор внезапно обрывается, как и моё натянутое спокойствие. Выходя из парадного, я нервно толкаю дверь. Тугой морозный ветер ударяет мне в лицо, мгновенно обжигая лёгкие.
Желание отчитать Олега за его преданную службу с доносами вырастает в геометрической прогрессии.
— Спасибо, Андрей, дальше я сама.