— Избавь меня от своих чертовых оправданий.
— В то время я принимала антидепрессанты и чувствовала, что лучше оставить его с тобой.
— Ты подвел всех своих сыновей.
— Я старалась изо всех сил быть хорошей матерью.
— Если это твоя лучшая попытка, то я бы не хотел видеть худшую. В тебе нет ни одной материнской косточки.
— Я подам прошение о посещениях.
— Мои адвокаты похоронят тебя в судебной битве. Попробуй, если думаешь, что у тебя есть шанс на победу. Но знай, я убью тебя, прежде чем позволю причинить ему вред. — Я захлопнул дверь перед ее носом.
Возвращаться на кухню — не лучшая идея в моем нынешнем состоянии, поэтому вместо этого я отправляюсь в спортзал. Это мой долг — защищать их, даже от самого себя. Они самые важные люди в моей жизни.
Син
Где он, черт возьми? Я заходила в его кабинет, потом в спальню, но Арта нигде нет. Его завтрак остывает. Я направляюсь в спортзал. Там я нахожу его, выбивающего дерьмо из бедного боксерского мешка.
— Арт?
Он смотрит на меня дикими глазами.
— В чем дело?
— Вернись на кухню! — рычит он.
— Нет. Нет, пока ты не скажешь мне, в чем дело. Я просто хочу помочь. — Я осторожно подхожу к нему.
Тот, кто приходил раньше, сильно его разозлил.
— Уходи, черт тебя побери!
— Нет. — Я не сдаюсь.
Он набрасывается на меня, хватает за горло своей сильной рукой и полностью отрывает меня от пола.
— Ты давишь и давишь, когда надо уходить, пока еще можно! — кричит он, бросая меня через всю комнату.
Я с грохотом ударяюсь о стену, воздух вырывается из моих легких, и я падаю на пол. В правой руке вспыхивает боль, но, вроде, она не сломана.
— Пожалуйста, поговори со мной. Причиняя мне боль, ты ничего не добьешься.
— Может и нет, но это чертовски приятно.
— Ты сгниешь изнутри, храня всю эту ненависть в своем сердце. Это плохо для тебя и для Мейсона. Отпусти это, пока не стало слишком поздно, — умоляю я.
Гнев вытекает из него при моих словах и сменяется растерянностью. Арт выглядит таким потерянным. Все во мне требует, чтобы я его утешила. Поднявшись на ноги, осторожно приближаюсь к нему, снова проверяя границы. Я не останавливаюсь, пока кончик его носа не касается моего лба. Вторгаюсь в его личное пространство, надеясь, что Арт не перейдет в атаку снова. Медленно обхватываю его руками. Он возвращает объятия и крепко сжимает меня, зарываясь лицом в мою шею. Я отстраняюсь, хватаю его за руку и веду к скамье для упражнений, где мы оба садимся.
Он делает глубокий вдох.
— Моя мать приходила.
— Что она хотела?
— Провести время с Мейсоном.
— И ты не думаешь, что это хорошая идея.