— Конечно, могу.
Боже, как он бесит.
— Мне нужно в туалет.
— Очень жаль.
— Мой мочевой пузырь вот-вот лопнет.
— Я принесу чашку.
— Прости? Я не буду писать в чашку!
— Тогда пописай на себя.
Моя кровь закипает.
— Ладно.
Он выходит из спальни и действительно возвращается с чертовой чашкой. Я не могу в это поверить!
— Хорошо, ты готова?
Я чуть-чуть приподнимаюсь. Как только заканчиваю с облегчением, он ставит чашку на тумбочку.
— Ты можешь хотя бы вытереть меня?
— Ну, на воздухе высохнет. — Он шлепает меня по заднице.
После этого ему лучше спать с одним открытым глазом.
— Ты готова к сюрпризу? — зловеще спрашивает Арт.
Меня охватывает мрачное предчувствие от его тона. Что бы он ни запланировал, это не к добру.
— Во время моего разрушительного периода, после того, как ты вырвала мое сердце и растоптала его, я некоторое время работал татуировщиком. — Он поднимает с пола сумку.
— Что там?
— Все, что мне нужно, чтобы сделать тебе татуировку.
— Арт, ты заходишь слишком далеко!
— Поверь мне, это ничто по сравнению с тем, что я могу сделать. — Он достает предметы из сумки и раскладывает их на кровати по прямой линии.
Я бьюсь в наручниках, пытаясь освободить руки.
— Я сейчас начну, так что тебе лучше не двигаться. Будешь сама виновата, если я напортачу.
Он надевает пару черных перчаток, затем распыляет антисептик на мою левую ягодицу, после чего вытирает ее салфеткой. Затем рисует что-то на моей заднице острым карандашом. С этого ракурса я не могу понять, что там. Я замираю в полной неподвижности, когда слышу жужжание. Я не хочу оказаться с черным пятном на заднице.
Кривлюсь от боли, когда он проводит пистолетом для татуировок по моей коже.
— Больно.
— Перестань вести себя как ребенок. Это не первая твоя татуировка.
— Ну, в этот раз больнее.