— Нет.
— Ничего себе, жениться на девушке, которой не доверяешь. Уверен, ваш брак будет долгим, — язвительно говорит он.
— Я ее люблю.
Джош смотрит на меня пристально, удивленный моим признанием.
— Хотел бы я этого не делать, но, черт возьми, люблю.
— Ох, блин. — Он потирает затылок. — Я знал, что этот день наступит, как только увидел ее в твоем чертовом пентхаусе, хотя надеялся, что этого никогда не случится.
Я прищуриваюсь на него.
— Если у тебя есть что сказать, говори, блядь.
— Это я выдал твой секрет, а не Син.
— Что, на хрен, ты сказал? — Мои руки складываются в кулаки, готовые к броску.
— Тогда я надеялся, что моя мать в конце концов вернется домой, поэтому когда Мисси и Син переехали, пережить это было тяжело. Я хотел, чтобы они убрались.
Наши отцы выбирали никчемных женщин для рождения детей, и мы оба страдали из-за этого.
— Мои чувства к Син росли. Видишь, ты не единственный сломленный мальчик, которому она помогла. Я сильно влюбился в нее, но она и Тревор начали встречаться. Я отступил, потому что он был моим лучшим другом.
Мой гнев нарастает по мере того, как разворачивается его история. Только потребность услышать развязку заставляет меня сидеть на месте.
— Ревность съела меня, и я сдал тебя. Если я не смог заполучить ее, то и ты не должен, так я решил.
— Но кто рассказал тебе о том, что я режусь и принимаю кокаин? — Его история не складывается.
— Я подслушал ваш с Син разговор на кухне после школы в день рождения Коула. Так я все узнал — ты покупаешь кокаин у Бэйна, Син застает тебя в столовой, и о самопорезах. Позже тем же вечером я пошел искать улики и нашел пакетик под столом.
— Зачем ждать, чтобы рассказать Рики?
— Мне было стыдно, что я позволил тебе одному взять на себя вину за угон грузовика. Не сказав отцу, я хотел загладить свою вину, но отношения между нами оставались шаткими, поэтому сохранил пакетик, чтобы использовать его против тебя в случае необходимости.
— И ты обыскал мою спальню в поисках бритвы?
— Да. Я нашел ее в верхнем ящике.
— Ты позволил мне ненавидеть Син годами, вместо того, чтобы быть гребаным мужиком и признаться в своем дерьме.
— Чертовски верно. Ты — Король Обид, чувак. Ты не позволяешь дерьму утихнуть. Мы жили прекрасно, и я ни за что на свете не собирался все испортить. Не ради Син. Я думал, она ушла из нашей жизни навсегда.
В следующую секунду я набрасываюсь на Джоша, сбивая его со стула. Шокированные возгласы раздаются по всему ресторану.
— Прости.
— Недостаточно хорошо. — Я рывком поднимаю его за рубашку и бросаю на соседний столик. Все присутствующие кричат и пытаются укрыться.
— Сопротивляйся! — кричу я.
Он выпрямляется.
— Нет.
Я хватаю его, и мы оба врезаемся в большое стеклянное окно. Я прихожу в себя и первым поднимаюсь на ноги.