— Жестокость по оправданным поводам и просто так. Они каратели, князь. Леди Дана мстит всему миру за случившееся с ней вот уже десятки лет назад. Лорд Ваалдо меццу-морту, а это накладывает… отпечаток. Что эти полупризраки, что баньши — в стремлении почувствовать себя частично живыми некоторые просто убивают, другие ещё добавляют к эманациям смерти другие — боли, мучений, страха. Мерсье знал, кого лучше всего нанять, чтобы Тарганис смог удержаться в домене, если ему станут помогать.
Вот оно что и вот оно как. Вдвойне и втройне повезло. Да и не только везение, а и расчёт относительно того, что если у цели есть слабина — надо использовать незамедлительно. Вот и использовал! Уверен, что подойди к Тарганису эти два отряда наёмников — Адская Колыбель досталась бы мне отнюдь не в том почти идеальном состоянии, каковую имеем сейчас. Мда. расклад-с.
Ничего, каратели так каратели. Их тоже можно и нужно использовать. А жестокость, как оказалось, у одного из наёмников имеющую ещё и практическое применение, пусть на зеленошкурых отрабатывают. Однако встретиться с ними следует незамедлительно. Следовательно…
— Шайлэрр. Золото и ценные ресурсы уже в сокровищнице домена?
— Там, князь.
— Чертежи?
— Вот они, — протягивает мне суккуба небольшой кожаный мешок. — В полной сохранности.
Беру его в руки, открываю и… Пять резных продолговатых деревянных ящичков, украшенных затейливой резьбой и зачарованных чуть ли не от всего на свете. Самую малость попроще тех контейнеров, в которых доставляются Книги Знаний. Естественным путем, а не через аукцион, который пока сикось-накось, с опозданиями совершенно хаотической длительности, но доставляет покупные свитки с заклятьями, чертежи построек и те самые Книги Знаний. ПОКА доставляет, но всем уже понятно — тут счёт идёт не на месяцы даже, на недели. Ай, не о том речь.
Открываю ящички один за другим и, беря в руки эти чертежи, являющиеся псевдоматериальными объектами, «изучаю» их, то есть поглощаю информационную составляющую оных.
Всё, готово! Ощущения, скажу я вам, специфические. Когда используешь для изучения свиток с заклятьем — в голову бьёт заметно слабее. Даже когда изучал Книгу Крови — и то не до такой степени вштырило. Или это потому, что окончательно обнаглел и одну за другой «слопал» пять энергоинформационных матриц? Может, оно так и есть.
— Князь⁈ — обеспокоенно вскрикивает оказавшаяся рядом Керрит, спеша поддержать меня под руку. — Что случилось? Яд, проклятье?
— Всё… в порядке, — заодно жестом показываю дернувшимся было сокрушителям из охраны, что повода для злобной реакции тупо не предвидится. — Пожадничал, изучая сразу всё. Но зато изученное… Мда, сокровища, они сокровища и есть. Особенно «Башня оракула». — Лучше уже, гораздо лучше, Керрит, — успокаиваю суккубу, а заодно и наместницу, которая тоже заметно дёрнулась. Кстати, теперь уже её озадачить надо. — Обоих командиров наёмников пусть пригласят в малый кабинет. Он в порядке, не занят чем-то или кем-то важным?
— Это ваш замок, Провозвестник, — наряду с чисто суккубьей улыбкой Шайлэрр аккуратно так разворачивает ауру очарования. — Кабинет к вашим услугам, мы всеваши вассалы. Я особенно готова послужить… всегда и во всём. Тому, кто умеет ценить эту готовность.
И колючий взгляд в сторону Флаэртуса. Дескать, сам дурак, потому и лишился трона. Ну, это Шайлэрр так думает, чему я мешать однозначно не собираюсь. Пренебрежение психологией суккуб стало для бывшего владельца домена лишь одним из факторов поражения, но всё верно, не самым скромным.
— Благодарю тебя. Ну а пока готовится кабинет, а мы неспешным шагом туда идём — полагаю, Флаэртус не откажется рассказать нам то, что уже стало известно от этих двоих, Дане и Ваалдо.
Судя по серьёзному лицу недавно «соскользнувшего» Флаэртуса, он готов был и рассказывать и показывать и вообще делать очень многое. лишь бы получить столь желанный для себя домен. Вот и пускай зарабатывает, бросая в незримую копилку новые и новые мельчайшие частицы. До верху она ещё нескоро заполнится — это знаю как я, так и он сам.
Интерлюдия
Интерлюдия:
Домен Новый Кадаф. Кринт, изгнанник Дома Шентарр
Жест, ещё один, и вот уже слаженный за долгое время отряд дроу бесшумно скользит среди высокой травы, кустарника, выходя к дороге как раз в нужный момент. Какой? В тот самый, когда небольшой смешанный орко-гоблинский отряд добегает до нужного участка. Того самого, заранее присмотренного, как нельзя лучше подходящего для внезапной атаки. Такой, при которой в идеале никто из бойцов илитири не должен погибнуть, в то время как зеленошкурые обязаны выстлать своими телами немалый участок земли.
Залп из арбалетов, заклятья школ Света и Тьмы, сочетание которых только дроу и могут нормально использовать. Арбалетные болты поражают те цели, которые одновременно и достаточно важные, и в то же самое время не защищены должным образом: ученики шаманов — орочьи и гоблинские — погонщики сквигов, волчьи всадники. А вот заклятья — они шокирующие дезориентирующие, превращающие землю в затягивающую трясину. Именно то, что требуется для превращения отряда мобильного в дезорганизованную и увязшую на малом пространстве толпу. Причём толпу яростную, а ярость у оркоидов столь легко переключается на тех, кто рядом с ними.
Самому Кринту никакой ездовой ящер не нужен. Он драук, а это проклятье. наложенное Ллос, чтоб её гоблины со всех сторон и во все дырки сношали, делает его тело само себе восьминогим массивным скакуном. Зато другие, они да, кто в сёдлах, а кто и на дисках-левитаторах. Они, конечно, только жрицам полагаются, но теперь у него в отряде и две бывших жрицы, ныне отступницы от Ллос, да и ещё несколько сородичей из числа научившихся как следует управлять артефактом, сменили ящеров на серебристые и бесшумные диски. Оплата, получаемая от князя Хельги, она позволяет такое. А ещё покупать по очень хорошим ценам, суммируя сразу несколько скидок.
Мысли не мешают драуку врезаться своим массивным не телом даже, но тушей — увы, но помнивший своё некогда грациозное, натренированное тело аристократа-илитири тело, сейчас Кринт ненавидел то, во что оно превратилось — в оторопевших, замешкавшихся, даже начавших было выяснять отношения друг с другом оркоидов. Удары обоими клинками, крепко зажатыми в руках. Удары-пинки паучьими лапами, которые хоть и ненавистные, но так хороши для того, чтобы проткнуть чьё-то брюхо, выпустить «внутренний мир» ничтожного зеленокожего на свежий воздух. Бросить очередное заклятье, на сей раз боевое, в шамана, который начал было быстрое камлание с целью не призвать духов — они уже были рядом — а указать тем чёткую цель.
Шелест распарывающих сперва воздух, а потом тела болтов и клинков, что в руках илитири. Свист змеехлыстов, которые были изменены, лишены канала связи с Ллос, но сохранили всё же немалую часть своих возможностей да и просто были привычным для жриц оружием. Тяжелая поступь ещё трёх ему подобных, таких же драуков, но менее опытных, к тому же куда хуже разбирающихся в магии. И всё это не в центре орочье-гоблинского отряда, а по краям.
Почему так? Зачем он рванулся на прорыв один? Всё шло согласно плану, поскольку и сам он был наиболее сильным воином и магом отряда, и напарник имелся. Точнее, напарница. Странное создание, далёкое от этого мира примерно так же, как и наниматель, Хельги Провозвестник, но несколько по-иному. Чувствовалось в ней нечто… особенное. И особенность вовсе не выражалась в том, что эта Рамона, полудемонесса-полухуманс-полу-не-пойми-кто, обладала очень необычной магией, которая и в Ковене то считалась довольно редкой. Чувствовалось в ней нечто иное, не отталкивающее как от личности, но заставляющее очень внимательно наблюдать и пытаться сделать хоть какие-то выводы.
Именно на связку его и её способностей и делалась ставка. Не такая рискованная, как можно было подумать поначалу. Ещё немного выждать, но не пассивно, а сея вокруг смерть. И вот он, подходящий момент! Орки вообще, завидев одинокого или сильно уступающего числом противника, сразу пытаются смять, разорвать. Это их исконное, сопротивляться порывам души могут немногие. А тут и не было кому — не того размера «драконы» в том отряде, который был выбран Кринтом целью нападения. И потому…
— Цепи!
До этого сидевшая у него на спине и раскидывающаяся обычными боевыми заклятьями школы Смерти — и про щиты, прикрывающие их обоих, не забывавшая — Рамона задействовала своё особенное заклятье, личный аркан — ту самую Комнату Цепей.
Раз! И пространство в радиусе примерно десяти метров искривляется, заключая всех, кто в этот момент оказался внутри, в особую зону, где действуют вроде и обычные, но в то же время малость отличающиеся законы природы и магии. Теперь у Рамоны Лурдес, Стража Пути, имелась целая минута для того, чтобы показать мощь и силу личного аркана тем оркоподобным, которые наверняка не ожидали столкнуться с подобным.
Два! И из-под просторной хламиды полудемонессы-получеловека — а может её стоит называть и просто демонессой, просто не такой, как демоны Инферно -вылетело не две, не три-четыре, а несколько десятков стальных, проржавевших, но от ржави не ставших менее прочными и острыми на концах-крюках цепей. А они, попадая в цели, могли и ещё разделяться, повинуясь исключительно воле своей хозяйки. И это Рамона ещё не показала все свои силы, не задействовала за счёт дополнительного расхода маны «выстреливание» цепей из условных стен, пола, потолка той пространственной складки, где они с ней сейчас находились. Сочла, что достаточно и менее затратного варианта.