Трепет сильно бьет меня по лицу.
— Привет.
Веселый голос вырывает меня из раздумий, напоминая, что я в продуктовом магазине и в панике посреди прохода с чипсами.
Я узнала этот голос. В ужасе поворачиваюсь, наклеивая на лицо улыбку.
— Привет.
— Как ты? Прошло много времени, — улыбается Алексия, перебрасывая шелковистые черные волосы через плечо.
— Да, это так.
Последний раз мы виделись на Хэллоуин. Я видела ее в кампусе, но она всегда проходила мимо.
Ее взгляд скользит по моему телу, останавливаясь на пятнах сухой краски на моем джинсовом комбинезоне.
— Я понятия не имела, что ты такая талантливая. Я видела работу в аккаунте TД и была впечатлена. Это на самом деле очень хорошо.
Есть что-то особенное в том, как она это говорит, но я говорю себе не думать слишком много. Может быть, она просто ведет себя хорошо.
— Спасибо.
Я ослабляю натянутую улыбку на своем лице.
— Я также видела, что число твоих подписчиков выросло с тех пор, как ТиДжей упомянул тебя. Сколько их было? Восемьсот двадцать или около того?
Киваю, желая спросить, откуда она знает точное число, но, прежде чем успеваю кивнуть, Алексия продолжает.
— Я говорила тебе, как здорово иметь на своей стороне кого-то вроде ТиДжея. Знакомство с ним откроет много дверей. Сказать ему опубликовать твой пост было умно.
— Я ничего ему не говорила, — отвечаю я, изо всех сил стараясь сохранить улыбку.
— Ой, — ее брови поднимаются, как будто она искренне удивлена, что он сделал это без моей просьбы. — Тебе обязательно стоит сказать ему, чтобы он чаще публиковал о тебе, чтобы люди не забывали, кто ты.
Алексия выпрямляется, расправляет плечи и широко улыбается. Ее взгляд кажется покровительственным, и она почти пытается оценить меня.
Я ненавижу конфронтацию. Кара и Дейзи в этом преуспевают, а я нет. Мои ладони становятся холодными и липкими, а сердце всегда чувствует, что вот-вот взорвется. И я ненавижу последствия этого, потому что слишком много обдумываю все, что сказала. Я ненавижу проходить этот цикл, поэтому делаю это редко.
Но сейчас это исключение.
— Я знаю, что между тобой и ТиДжеем что-то происходит, и что бы это ни было, не хочу в этом участвовать.
Она горько усмехается.
— Я всего лишь пытаюсь быть с тобой вежливой. Это не имеет ничего общего с тем, что мы с ТиДжеем трахаемся. Если у тебя проблемы со мной, то боюсь, что у тебя будут проблемы с половиной женского населения в университете.
Она произносит слова «трахаемся», как будто хочет, чтобы я увидела четкий образ их двоих вместе, и ей это удается.
— Правильно, мило. Хотя похоже, что у тебя проблемы. Меня не волнует, что он делает, но, похоже, тебя это волнует, раз заговорила об этом, — отвечаю я.
У нее щелкает челюсть, но она изображает надменную ухмылку на лице.
— Ты не обязана верить чему-то из того, что я говорю, но ТиДжей не придерживается обязательств и не моногамен. Я бы знала. Он трахал меня и всех остальных девушек на протяжении двух лет. Не думай, что ты особенная только потому, что у вас с ним ребенок. Просто подожди. Я видела, на что готовы пойти девушки, лишь бы привлечь хоть малую толику его внимания. Только представь, что они сделают, когда он заработает миллионы. Делай с этой информацией что захочешь.
— Наверное, это самое великое, что ТиДжей мог когда-либо сделать, помимо подарка тебе Феникса.
Кара смотрит на экран своего телефона, на ее лице появляется довольная улыбка.