— Ты чертов мудак! Я купила это для тебя. Подумала, что удивлю тебя, поскольку мы давно не виделись, — она сжимает челюсти, ее нос раздувается. — Ты почти не отвечаешь на мои сообщения и звонки. Что, черт возьми, происходит?
Я щипаю переносицу, чувствуя досаду, потому что не ожидал, что так все обернется.
— У меня есть ребенок, Алексия. Баскетбольный сезон стартовал. У меня постоянно, черт возьми, есть дела.
— Хорошо? И? Ты всегда находил для меня время. Я всегда была там, или ты забыл?
Я смотрю на нее с недоверием, но вырываюсь из этого состояния. Неудивительно, что она каким-то образом сказала это о себе.
— Была рядом, когда ты хотела трахаться, — дерьмово это говорить, но это правда. Время от времени мы тусуемся, но в конце концов знаем, что это всегда трах.
Алексия хрипло дышит, ее глаза сузились в щелки.
— Раньше ты никогда не жаловался, но теперь это проблема?
Повернувшись, она подбирает с пола толстовку и натягивает ее через голову.
Теперь, когда она снова прикрыта, я внимательно рассматриваю толстовку. Это даже не моя, а кого-то из футбольной команды. Единственная причина по которой я это знаю, заключается в том, что все спортсмены носят индивидуальную спортивную форму.
Я мог бы жаловаться на то, что она носит толстовку какого-то другого парня, но мне действительно все равно.
— Я просто хочу побыть один сегодня вечером.
И подумать, где я мог ошибиться с Лолой.
— Ааа, — цокает она, прислонившись к моей двери, скрестив руки на груди.
Алексия смотрит на меня так, будто что-то поняла, и криво улыбается.
— Я понимаю, в чем дело. Ты мог бы просто сказать мне.
— Что тебе сказать?
— Ты с Лорен.
Несмотря на то, что ее улыбка смягчилась, я слышу негодование в ее голосе.
Я не идиот, чтобы знать, что она намеренно назвала неправильное имя. Это по-детски и чертовски глупо. Все, кто следил за мной, знают имя Лолы.
Я мог бы сказать так много, но это бессмысленно. Я закончил этот разговор.
Медленно вдыхая, встаю и иду к ней. Ее улыбка снова становится знойной, когда я протягиваю руку, но она становится плоской, когда обхватываю дверную ручку и поворачиваю ее.
— Тебе нужно уйти.
У нее отвисает челюсть.
— Ты серьезно? Я проделала весь этот путь ради тебя. Ты серьезно собираешься меня выгнать?
— Прости, что забыл написать тебе, но я уже сказал, что хочу побыть один.
Алексия прерывисто вздыхает и изображает на лице тошнотворно милую улыбку.
— Хорошо, я уйду, но не прибегай ко мне, когда будет скучно.
Я чуть не закатываю глаза и открываю дверь шире. Она выходит, и я иду за ней, пока мы не подходим к входной двери.
— Алексия.