— Если вдруг по какой-то причине в убийстве Аджа обвинят меня, то я с большим удовольствием расскажу следователям, кто на самом деле убил старшую жрицу Альха.
Последовал еще один удар по лицу, Меган зашипела от боли, но продолжала упрямо смотреть в глаза любовника.
— Только попробуй! — рычал мужчина. — Это ты вылила яд в чашку!
— А ты дал мне его, сказав, что это лекарство.
— Можно подумать, ты не догадывалась, что в пузырьке!
— Я уже говорила, что понятия не имела! Ты просто меня использовал. Только учти, на допросе я потяну тебя за собой. С огромным удовольствием расскажу, и как по твоей вине умерла старшая, и как ты подкупал магистров. Оба отправимся на виселицу!
Шедек замахнулся для нового удара, но сдержался.
Ему не нравилась та уверенность, с которой Меган угрожала рассказать властям всю правду. Слишком самоуверенно.
Что, если она успела сойтись с кем-то еще из Ордена? Кем-то, кто пообещал защиту? Раньше Меган не вела себя настолько нагло. Возможно, Аджа убила не она, а тот, кто стал ее новым покровителем?
— Ты хранишь записки от меня? — магистр справедливости задал вопрос более спокойно, не понимая, как теперь относиться к Меган. Стоит ли начать ее опасаться или же рыжая блефует, играя на том, что Шедеку не известно имя убийцы?
Жрица презрительно хмыкнула:
— Ты меня с Теей-то не сравнивай.
Любовница и впрямь не тяготела к бессмысленной романтике. И все же магистр принялся открывать ящики и сундуки, желая убедиться, что полиция не сможет найти ни единой зацепки. Девушка не сопротивлялась, молча наблюдая, как мужчина перебирает ее личные вещи.
Все, что сейчас хотелось Меган: получить в свои руки власть Верховной жрицы и тогда можно будет послать любовника к Рамону.
Пусть злится и орет, пусть устраивает обыски. Плевать.
Сначала сан Верховной, а потом она сполна отомстит за все унижения, которые терпела от Шедека.
Ей пришло в голову, что зря она решила так откровенно припугнуть любовника. Необходимо, чтобы он не только боялся ее ареста, но и продолжал быть заинтересованным в ее победе.
— Смерть Аджа на руку нам обоим, — мягко произнесла Меган, поднимаясь с постели. — Вспомни, как давно ты желал стать Высшим магистром. И сколько ты бодался с Аджем из-за финансирования. А теперь ты сам можешь всем заправлять, — жрица нежно оплела руками гостя, но тот оттолкнул ее.
Меган едва сдержалась — так хотелось выставить этого потного борова из комнаты.
Выдохнула и вновь ласковым тоном продолжила:
— Тея теперь не сможет участвовать в испытательной неделе. Ты настоишь на том, чтобы отменили Лабиринт, и я без проблем получу сан Верховной. А как только это случится, проголосую за то, чтобы именно ты возглавил Орден. И вся власть будет в твоих руках. Я сделаю все, чтобы именно ты стал главным.
Верховная жрица мало на что влияла, но у этого сана было одно весьма значимое преимущество: сразу два голоса. Также, как и у Высшего магистра. И нередко эти два голоса являлись решающими.
Сейчас Меган пыталась заручиться поддержкой магистров, но как только она станет Верховной, уже они будут всячески стараться переманить ее на свою сторону.
— А кто станет новым магистром финансов? — скептически поинтересовался Шедек.
Гнев постепенно проходил. Меган в очередной раз удалось повлиять на его настроение.
— Назначим Баргоса.
Магистр хотел было раздраженно отмахнуться, но рыжая не позволила. Ласково, точно кошка, она продолжала поглаживать Шедека, успокаивая агрессивного любовника.
— Я знаю, что Баргос не слишком тебе нравится, но подумай сам — это наш человек. И он будет делать то, что ты ему скажешь. Представь: все финансы окажутся в твоих руках.
Шедек задумался.
В словах Меган был здравый смысл. На Баргоса достаточно компромата, чтобы он послушно выполнял все, что скажет Шедек. А имея в своем распоряжении доступ к финансам Ордена…