За тридевять земель: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вот! Кстати, что о предках знаешь? — оживился Кузнец.

— В отцовской семье щёки надувают, что, вроде из дворян, типа какой-то деревней под Москвой владели, типа, какая-то младшая ветка, но в метриках ничего такого нет, так что скорее из крестьян из этой деревни.

— Знаю слышали. Прабабка по случаю от барина залетела, вот и дворянская кровь. А её прабабка от его прадеда. А все дворяне по Москве, из коренных, конечно, от Кучки, а его не зря Горынычем звали. Когда туда Юрка заявился, а он вроде князь, при том великий, киевский, начал распоряжаться. Да вроде как по уму распоряжался, но ведь наши-то упёртые, чуть что и в бутылку, вот Кучка и пошёл права качать. Ну а дальше ясно: слово за слово, хвостом по столу, причём Кучка в прямом смысле, Юрка за меч. Но рюриковичи, они из дубыничей, тоже не просто так, вот Юрка и навалял Кучке по полной. Может Кучка и сладил бы, но он хоть и пробудил родовые дары, но качался всё больше по пиву, да по бабам упражнялся, разжирел так, что и взлететь не смог. Вот Юрка его и уделал. От того и пошла сказка, что Москву основали там, где Юрка огненного змея побил. Ну, типа, и правда там. А на Москве кучковичей каждый второй, если не первый. Это из коренных, конечно. Там если массово пробуждаться народ пойдёт, вот потеха будет!

Это всё было очень интересно, но Ваню с самого начала глодала мысль, которую он решил осторожно проверить:

— А сколько детей было у Горыни?

— Один, сказывают, — проворчал Кузнец.

Тут Ваня поднялся, поклонился Кузнецу в пояс и произнёс:

— Слава тебе, прародитель!

— Эк тебя раскололи-то, Ящур-пращур! — рассмеялась старшая из змеевых жён, а Кузнец поправил:

— Родоначальник! — поправил его Кузнец. — Прародитель у нас — Горыня. Ладно, молодняк, ступайте-ка спать! Завтра у вас день будет тяжёлый, а послезавтра — ещё тяжелее.

На утро, прежде чем пойти в кузню, старший из Горынычей, как и обещал, устроил демонстрацию: встал посреди двора, потянулся и превратился в некое подобие крокодила длиной метра три с несколько укороченной мордой и огромными перепончатыми крыльями, как у летучей мыши. И весь болотного зелёного цвета. Перекинувшись он остался то ли стоять, то ли сидеть на задних лапах, опираясь на хвост, и похлопал себя передними лапками по груди. Лапки эти едва доставали до живота.

— Потому и змей, — прокомментировал он, — когда летишь, лапки к тушке прижимаешь, с земли не видно, как будто гад ползучий летит.

— И я так смогу? — с некоторым сомнением спросил Ваня.

— Научу! — ответил Кузнец, возвращая себе человеческий облик. — А пока пошли в кузню!

Всю следующую неделю Кузнец эксплуатировал Ваню в кузнице. Ваня качал меха, махал кувалдой, работая за молотобойца, таскал руду и уголь, которые как-то принесли гномы. А родоночальник всех горынычей щедро делился с ним своими знаниями о металлах и работе с ними. И Ване было искренне жалко, что у него всего три недели на такое учение, но и тянуть дольше он позволить себе не мог: внутри поселилось какое-то тянущее чувство, что с вызволением Светы надо спешить. Посетовав на обстоятельства, Ваня спросил Горыныча, можно ли будет к ещё зайти, поучиться ремеслу.

— У меня от родовичей секретов нет, — веско ответил пращур, — зайдёшь, когда сможешь.

Ильмеру змеевы жёны приспособили по хозяйству и она носила обеды в кузню. Это было очень кстати, потому как на Ваню вдруг напал жор. Причём жор именно на мясо и не просто мясо. Сейчас его тянуло на мясо с кровью, слабопрожаренное. Подруга смотрела на него с беспокойством как-то высказалась:

— Ты смотри, не озверей тут, от сырого мяса.

— А ему и надо своего зверя отпустить, а вот кто кого в нём одолеет, зверь человека или человек зверя…

— От тебя, ящерка, зависит, — вклинилась старшая змеева жена, которая назвалась Златой.

— Я не ящерка, — на автомате откликнулась Ильмера. — Я — гадюка.

— Да хоть птичка певчая, — хмыкнула младшая жена, Рогнеда, — важно, что выбирать между ящером и человеком он будет ради тебя.

— Я не одна…

— Но сейчас при нём ты, — отрезала Злата.

— А ты, мелкий, тоже об этом помни, — медленно произнёс Кузнец, сосредоточенно глядя в кружку. — Ну… за тех, кто не справился… — произнёс он и сделал большой глоток мёда. Ваня повторил его жест и вдруг его осенило:

— А ведь у тебя, родоначальник, ещё братья были!

— Да, — кивнул Кузнец. — А ты думал, просто так про горынычей страшные сказки рассказывают? Не просто это, совладать с дикой силой. Кто-то ящером перекинулся и забыл про человеческое, кто-то не смог с огнём совладать, ушёл от людей, в пещеру спрятался. А ведь без людей дичаешь, по себе знаю. Так что конец-то всегда один. А чтобы не забыть человеческое, надо, чтобы тебя среди людей что-то держало. Кого-то красна девица держит, кого род его и дом, кого Родина. Вот тебя, что держит?

Ваня задумался.

— Невесты мои. Если я себя потеряю, кто их защитит? Да и плохо им будет без меня. Не могу их предать. Федя, водяной, для него это тоже будет как предательство, мама с бабушкой. Не просто с ними, но тоже, родные… Папа…

— О, сколько у тебя якорей! Это хорошо. Мы, люди, до тех пор люди, пока среди людей и для людей. Тот, кто для себя — обязательно сорвётся.