— Подожди, грести будем вместе. Алька устала и ждет тебя с Верой на подоконнике в уютном подъезде.
Юрка глубоко вздохнул. Воздух дрогнул, раздвинулись облака над городом, и полоса еще высокого заката отразилась в стеклах.
Легкая рука на манжете. Люда с Верой незаметно нырнули в быстрый поток, скользящий по Невскому, и растворились в нем.
Тонкие пальцы тронули Юркину ладонь, он аккуратно прикрыл их рукой:
— Теперь никуда не отпущу. Я думал, что ты не дождешься.
— Я тоже не отпущу. Я думала, что ты не приедешь.
— Мы глупые.
— А может, наоборот: мудрые, как багдадские мудрецы.
— Почему багдадские?
— Не знаю.
Алька шевельнула пальцами, и Юрка почувствовал: надо, чтобы город уехал в сторону, и были бы лес, и поляна, и солнце над головой.
— Спасибо девочкам. Мне одной очень трудно тебя ждать.
— Пристают?
— Тут я сама могу справиться. — Алька надменно повела головой и сразу стала чужой и далекой. — Только я готова была заплакать и ушла бы солнцем палима. — Алька опустила голову, пряча лицо в упавшую гриву.
— Я бы тебя догнал, — храбро начал Юрка.
Ноги вынесли их к Летнему саду.
— «Слегка за шалости бранил и в Летний сад гулять водил», — сказала Алька.
— Гулять водил, но не догадывался брать напрокат лодку.
— А мы догадались, — обрадовалась Алька.
Юрка мерно работает веслами. Алька уютно устроилась на корме. Нева несет лодку к Финскому заливу. Алька крутит головой в разные стороны:
— Смотри, мост, как кошка, поднял спину, а катер, наверно, работает мышью.
Юрка смотрит на Альку. Она вдруг замолкает и, подперев подбородок руками, глядит на Юрку. Лопасти весла замерли в воздухе. Алька отводит глаза в сторону и, притихнув, долго водит пальцем по воде. Вокруг пальца вскипают бурунчики.
На обратном пути лодка идет против течения, грести труднее. Алька садится справа от Юрки, и они гребут вместе, слаженно ударяя веслами по воде. Лодка летит, и Юрка чувствует, как плавно ходит Алькино плечо. Но вот оно начинает вздрагивать от напряжения.
— Отдохни на кормовой банке, — говорит Юрка.
— Не хочу на корму, там холодно и одиноко, давай вместе, — требует Алька.
Они уводят лодку ближе к берегу, туда, где спокойная вода, и сидят тихо-тихо, и слушают, как мягко плещутся речные несерьезные волны.
Когда подошли к лодочной станции, уже темнело и было пустынно. Приземистая женщина сказала зло:
— Это как же так, вы что, времени не знаете? — И вдруг замолчала, сердито гремя ключами. Потом, возвращая Юрию удостоверение, вдруг сказала негромко:
— Красивая из вас пара получится.
Вечер расчерчен проспектами, опрокинут в антрацитовую воду реки, посыпан блестками фонарей. Он кончается где-то у хвоста Большой Медведицы.