Гвардии юнга: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Алька старается. И не зря. На последних учебных стрельбах у него были отличные результаты. Лейтенант Чернозубов благодарность объявил.

— Служу Советскому Союзу! — ответил тогда Алька.

…Алька несет вахту по катеру. Все, что надо было, он уже сделал. Теперь сидит и наблюдает за соседним катером. Оттуда может прийти вызов.

Хорошее у Альки настроение.

За последний год наши войска здорово поднажали на гитлеровцев. Блокада с Ленинграда окончательно снята, и фашистов далеко погнали на всех фронтах. Флотилию, на которой служит Алька, перевели с Волги на Днепр. Это что-нибудь да значит. Скоро конец Гитлеру. Конец войне.

Кончится война. Соберется вся семья в Ленинграде. В родном доме. Геннадий и Лида, наверно, выросли, не узнать. А мама постарела…

Первым делом надо будет сходить на Курляндскую, в свою 288-ю школу. Пока Алька от своих не отстал. Старшине Насырову спасибо. Он не только посоветовал Альке продолжать занятия на катере, но и достал где-то нужные учебники. Когда в Киеве были, Алька за седьмой класс все экзамены сдал. Теперь за восьмой приниматься надо.

На соседнем катере, стоящем за излучиной и совсем скрытом деревьями, так, что из-за них торчат только верхушка надстройки да мачта, крохотными красными язычками вспыхнули огоньки флажков. Вызывают.

Алька взял бинокль, флажки. Одной рукой, как заправский сигнальщик, дал отмашку: «Вижу, понял».

«Командира девяносто второго к флагману», — разобрал по буквам и снова ответил: «Вижу, понял».

…Лейтенант Чернозубов вернулся с флагманского катера через полчаса и отдал приказ готовиться к походу.

Прошло еще полчаса, и катер с разведчиками на борту, глухо урча моторами, отвалил от берега.

На реку уже спускались сумерки. Мешаясь вдали с туманом, они густели, превращались в ночь. В эту ночь шел катер. Без единого огонька на борту, с приглушенными двигателями, медленно двигался он к намеченной точке, и только командир в рубке знал, где она, эта точка.

Несколько раз машину глушили совсем. Тогда тишина кругом стояла такая глухая, что Алька слышал даже собственное дыхание и сдерживал его.

Он стоял по боевому расписанию около рубки, чтобы быть под рукой у командира. Когда двигатели замолчали еще раз, командир притянул Альку к себе.

— Передай разведчикам: пусть приготовятся к высадке. Подходим. Тихо.

Едва Алька успел передать приказ старшине Канарееву, как под днищем катера что-то заскрежетало, и нос его ткнулся в берег. Разведчики сразу исчезли в прибрежных кустах, словно и не было их на катере.

Как фокусники. Такие не пропадут.

Казалось, все обошлось как нельзя лучше. Разведчики высажены и высажены скрытно. Катер не спеша задним ходом выбирается на середину реки. Сейчас он ляжет на обратный курс и — все в порядке. Но в это время откуда-то вылетела шальная ракета и, повиснув высоко в небе, залила ярким светом реку, катер, все кругом.

С берега сразу же отозвались пулеметы, взлетели ракеты. Стало светло как днем. Только свет был неприятный, какой-то колеблющийся, призрачный.

— Эх, не повезло, — сказал уже в полный голос командир и скомандовал: — Полный вперед! Пулеметам подавить вражеские огневые точки!

Пулеметы бронекатера будто только и ждали этой команды, заработали торопливо и громко, направив пучки трассирующих пуль туда, где вспыхивали выстрелы гитлеровцев.

«На себя внимание отвлекает, — понял Алька. — Разведчикам помогает. Молодец командир».

Маневр удался. Весь вражеский огонь сосредоточен на катере. А там, где с него высадились разведчики, все тихо и спокойно.

Задача выполнена. Потерь на катере нет. Пули гитлеровцев свистят где-то над головой. Теперь самое время уходить.

Но не тут-то было. На вражьем берегу вспыхнул прожектор, нащупал катер, и сразу фашистские пулеметы стали бить точнее, над поверхностью воды хлюпнула одна мина, вторая. По надстройке забарабанили пули и осколки.

Становилось жарко. И тут в носовой башне замолк пулемет.

Алька в два прыжка оказался рядом с ним. Алеша Куликов сполз на палубу. Алька нагнулся к нему и услышал:

— Прожектор… Дави… Быстрее…

Будто живой, забился в руках у Альки пулемет, но Алька сразу смирил его, смирил и себя.