Внутри дома оказалось вполне прилично, видно что хозяин не бедный человек и нам, замарашкам, тут явно не место. Меня подвели к стулу посреди гостиной не давая как следует осмотреться. Напротив сидел на таком же стуле паренек, изрядно нервничавший.
Я сел и продолжил осматриваться. Освещение такое себе, от керосиновых ламп многого ожидать не стоило, но читать например можно было бы. Мебель странноватого, неизвестного мне стиля, но подобрана неплохо. Из темного дерева, вся тяжелая и массивная, запнешься и даже не покачнется.
Двое приведших меня сюда отошли ко входу. Сержант (ну очень в моем понимании он походил на сержанта) который вел нас до этого дома стоял в глубине комнаты неподалеку от хозяина. То что это хозяин было понятно с первого взгляда. Он сидел чинно и поглаживал седую бороду добродушно улыбаясь.
Меня отвлек резкий окрик и хлопок в ладоши парнишки напротив. Он жестами дал понять, что надо смотреть ему в глаза. Я честно принялся пялиться и играть в гляделки, совершенно не понимая чего он добивается этим. Тот же весь побледнел и принялся что-то шептать и судорожно перебирать пальцами.
Наверное минуту мы так посидели после чего добродушный дедушка видимо заскучал и строгим голосом что-то сказал или правильнее будет приказал. Парень выдохнул, протер глаза и пододвинулся ближе ко мне. Взял за руки, меня все это уже начало забавлять.
— Я, если что, не из этих.
На мою подколку, разумеется, никак не отреагировали, откуда им знать русский. Снова начались гляделки и тут я даже что-то почувствовал. Словно меня пытались приковать взглядом. Я однажды так боролся взглядами с бродячей огромной собакой и та уступила. Ничего особенного, надо просто немного проявить выдержку и все.
Вдруг руки моего партнера задрожали и я почувствовал ослабление давления на свой разум, если можно так сказать. Даже сам сделал что-то вроде попытки давануть в ответ и тут то ли так совпало, то ли силы покинули титана, но пацанчик кулем свалился на пол. Я растерянно развел руками и повернулся к обалдевшему сержанту и вскочившему посерьезневшему дедку. Последний что-то воскликнул и меня мгновенно вырубило.
Очнулся я на удивление легко и даже не был ничуть дезориентирован, лишь слегка огорчился что все происходящее последние часы не оказалось сном. Обнаружил я себя лежащим на диванчике, а надо мной маячила седая борода. Наконец ее обладатель обратил на меня внимание и спросил:
— Ну, теперь ты меня понимаешь?
Язык был точно не русский, но я каким-то образом осознавал смысл каждого слова. Пытаясь сообразить как такое возможно я не спешил отвечать, за что получил несильную пощечину. Видимо дед решил, что я еще не пришел в себя и таким образом приводил меня в чувство.
— Да, понимаю, — выдавил я из себя.
Чужие слова давались с трудом, но произнес я их более менее внятно.
— Ну вот и отлично, — заулыбался старик. — Видимо я еще на что-то гожусь.
После чего довольно хохотнул, а сержант рядом почтительно заулыбался шутке.
— Так что произошло на самом деле? — убрав дежурную улыбку с лица, поинтересовался последний.
— Да ничего особенного на самом деле, — несколько огорченно начал дедок. — Это моя вина, думал этот, — он кивнул на все еще лежащего паренька, — просто опять ленится и заставил его войти в полный контакт. Кто ж знал, что тут такая ментальная защита. Случай, конечно, редкий, но не уникальный. Дети, которые взрослы не по годам порой удивляют. По сути мой ученик пытался пальцем пробить доску, вот и поломался. Для меня-то это пустяк, а он теперь с неделю проваляется точно.
Я продолжал лежать и хлопал глазами, силясь усвоить услышанное. Речь явно шла не о каком-то рядовом гипнозе, да и никакой гипноз не в состоянии вот так запросто вложить в голову за несколько минут знание другого языка. Не знаю сколько он возился, но девчонка до меня провела тут менее пяти минут и ее обрабатывал молодой ученик.
— А ну-ка, — он сунул мне под нос какую-то дощечку, — что здесь написано?
Выжженные на потемневшей от времени плашке аккуратные письмена немного поколебались перед глазами и вдруг приобрели смысл.
— Не беспокоить, — неуверенно произнес я.
— Великолепно! — просиял старикан. — Я так и знал! Значит ты умел читать на своем наречии. Благодаря грамоте разум здорово укрепляется, — это он уже пояснял сержанту, — Скорее всего вкупе с тяжелой судьбой это и закалило волю парнишки. Ей-богу, не будь у него отчетливо заметного источника, я бы решил, что парень склонен к ментальной магии. Теперь отправьте его в лазарет, пусть наконец вылечат эту ужасную шишку. — голос его вдруг стал строгим. — И вы можете ломать рекрутам руки, ноги, ребра, но ни в коем случае не трогать голову. Вы что, не знакомы с инструкциями? Это здесь с ними во время обучения может случиться всякое, но сюда они должны поступать пригодными.
Сержант подобрался и вытянулся по струнке.
— Виноват, господин магистр. Солдат, допустивший такую оплошность, будет немедленно наказан в пример остальным. Такого больше не повторится.
— Очень на это надеюсь. — магистр повернулся ко мне, — Ну а ты считай грамоту как компенсацию за мой ментальный удар. Он был не обязательным, просто на рефлексе отработал уж извиняй старика.
По его тону нельзя было сказать, что он и впрямь извинялся, но за умение читать я его искренне поблагодарил после чего меня согнали с дивана и отправили под присмотром одного из служек в лазарет.
— И моего непутевого ученика тоже заберите, — донеслось вдогонку.
Пришлось нам еще и тащить под руки бессознательное тело проштрафившегося молодого мага. Мне было паршиво, но жаловаться тут бесполезно, поэтому я стиснув зубы волочил на себе эту тушу и надеялся что уж в лазарете мне дадут покой, а в идеале и поесть.
Парень до самого лазарета не проронил ни слова, лишь показывал рукой направление, когда требовалось свернуть. Я уже забил на мысленную карту, слишком устал да и в темноте, изредка разбавляемой факелами, было не очень понятно сколько мы прошли и как повернули.
Лазарет представлял собой довольно чистую большую избу из хорошо простроганных бревен. Нас встретила на входе женщина средних лет и потребовала имена. Так я узнал, что бедолагу, который по моей милости теперь смотрит сны зовут Фил Альтрес. Когда дошла очередь до меня, то я несколько замялся.