Илья Кириллович недовольно взглянул на помощника, прицыкнул, но не оценил цитирование классиков, потому что сильно и категорично сомневался в знаниях Волкова. Был уверен, что нынешнюю молодежь воспитывает интернет, а умные слова классиков не более чем подпись под красивой картинкой. А проверять школьные знания по творчеству Шекспира не стал, поэтому заявил:
— Это не вопрос. Это наша работа — найти преступника, который не оставил следы.
Единственное, что Рита сделала в полном одиночестве, это переоделась. Тонкая шерстяная кофта с длинным рукавом скрыла следы неудачного приземления в розовые кусты. Переодевалась она быстро. Торопилась. Боялась оставаться одна на долгое время. Поэтому спустилась на первый этаж чуть ли не бегом, перескакивая через две ступеньки.
Царапины на пальцах не так сильно травмировали трепетную Анечку и не шокировали Николая и Ивана. Их компания сложилась как-то сама собой, или по романтичному умыслу мужчин. Как показалось Рите, оба прихлестывали за ней. Но ее романтичное настроение умерло, не родившись. Анечку же она еще вчера взяла под свою опеку, когда бедная девочка не знала как и с кем общаться на шумном мероприятии. Только никто не догадывался, что ей самой понадобится опека и защита. Но в свете сложившихся ситуаций защиту она бы приняла только от вредного противного Ильи Кирилловича. По двум причинам: у него есть пистолет и он не присутствовал в отеле, когда случались убийства. А Сергей и Лера вообще были заняты друг другом.
— Откуда берутся преступники? — поежилась Анечка.
Она и не ждала ответа на этот риторический вопрос. Размышления завели в омут страшных безответных вопросов. И неизвестно куда бы они еще завели, если бы Иван не ответил:
— Из общества.
— На этот вопрос лучше ответит Илья Кириллович. Вот он кстати — заметил Николай. — Илья Кириллович, присоединяйтесь к нашей компании.
Полицейский кивнул, прошел к барной стойке, сделал заказ и присел в свободное кресло напротив Маргариты. Белозерова как будто отсутствовала. Уставилась в точку на столе, прикусила губу и тяжело вздохнула. Вот оно — на лице женская умственная активность с разговорной пассивностью. Нет, ни в коем случае Кузнецов не считал ее глупой, очень даже наоборот. Умная, активная, упертая. Ей не давалась задача номер один, поэтому она ковырялась в своей памяти, потеряв тему разговора.
Либо специально выбрала людное место, чтобы поковыряться в своей памяти. Нужно будет с ней еще пообщаться. Что-то она знает. Не говорит. Или сама не понимает, что важно.
Кузнецов цепким, как рыболовный крючок, взглядом осмотрел зал. Зацепился за каждого присутствующего. Все удостоились внимания. Но больше всего «повезло» Сергею. Он с Валерией сидел за соседним столиком. Влюбленные пары иногда питают страсть к уединенным столикам, но не сегодня. И самое удивительное, что взгляд его был устремлен не на жену, а Риту. В этом Кузнецов ошибиться не мог. Ему очень повезло сесть так, чтоб видеть все помещение. И он прекрасно видел взгляд мужчины. Угрюмый, но быстрый. Его одернула супруга. Он осторожно огляделся.
Вот чего она не ожидала. Неощутимая телом, но увиденная глазами опасность. Пришлось задуматься.
Валерия пододвинулась к мужу, положила голову на плечо, устало вздохнула и ласково проговорила:
— Тяжелый день. Что это такое? Стресс за стрессом. Уже жалею, что сюда приехали.
Муж ничего не ответил, приобнял и притянул к себе ближе. В его объятиях также уютно и комфортно, как зимой у камина. Может ей показалось? Нет. Она точно видела глазами и почувствовала сердцем. Ошибки быть не должно. Интуиция у нее развита лучше, чем у бабки-провидицы.
— Сереженька, за всеми этими кошмарами, мы забыли, когда наедине оставались.
— Угу.
Кажется, ничего не изменилось. Такой же немногословный разговор. Придется все брать в свои руки — решила Лера и предложила:
— Пойдем в номер.
— Пойдем — согласился Сергей, но вспомнил — поужинаем и пойдем.
— Ты голоден?
— Конечно. Поужинать нам так и не удалось.
— А мне не лезет. Аппетита нет. Пойдем в номере поедим.
— Поедим здесь и пойдем — категорично заявил Сергей, отодвинулся от жены, дотянулся до чашки с кофе. Напиток оказался хуже выжатой редьки, такой же горький и неестественный. Больше всего он не любил холодный кофе и лживых людей.
Все-таки ей не показалось, он изменился. И во всем виновата Рита. Нужно срочно возвращать ситуацию под свой контроль. Она придерживалась традиционного мнения, что любая девушка, на которую мужчина смотрит, может оказаться потенциальной соперницей. Она могла бы себе возразить, что до этой секунды муж не давал повод думать в этом ракурсе. Но какое-то внутреннее чувство опасности больно ущипнуло острыми ногтями ревности. Убедив себя, что не стоит пренебрегать и обесценивать голос подозрения. И нечего здесь стыдиться. Все уместно и актуально. Да сколько подобных историй она знала. Только и слышно — ушел из семьи, завел роман, изменил — невыдуманные истории жен, которые считали свой брак железобетонной опорой. Что-что, а свой брак Лера считала небоскребом на железобетонном фундаменте. Она знал, что Сергей любит только ее и… еще свою работу. Тут уж не поспоришь — не с кем — Лере казалось, что работу больше, чем ее. Поэтому она ответственно подошла к строительству своего счастья. Пусть муж любит только двух женщин — ее и работу. Лере оставалось только укреплять фундамент семьи, в то время как Сергею приходилось выстраивать небоскреб благополучия.
Но что-то сегодня вечером произошло, и Лера почувствовала, что под ногами зыбкий песок. Она осмотрелась и не увидела своего небоскреба, но в двух шагах (слишком близко, чтоб это было безопасно) глубокий котлован. Поверх него еще можно построить любое сооружение, но когда это будет? Не поздно ли?
А Рита — кареглазая брюнетка, шагающая по жизни одна. И не понятно, толи не нуждается в богатом муже, толи в активном поиске очередного спутника. В общем, красавица и чудовище в одном лице.
Лера аккуратно придвинулась и обхватила мужа за талию.
— Как дела на работе?
— Неважно.