Я протянул руку и схватил две большие пиццы с пассажирского сидения. Мика прибежит за
мной, если я не поспешу, а я не хочу чтобы он увидел ящик из шести бутылок на полу. Я вышел из машины
и направился к крыльцу.
_ Ты принес пиццу! Я обожаю пиццу! Больше, конечно, “мак’ен’чиз”, но настоящую пиццу я люблю. Это лучше,
чем просто хлеб, - усмехаясь, сказал Мика. Затем его улыбка поникла, он оглянулся на дом с заинтересованным
и в то же время хмурим видом.
Я начал расспрашивать его, что случилось, когда он повернулся и взглянул на меня свои большими лазами. Выглядел он расстроенным.
- Не говори мамочке, что я сравнивал пиццу с хлебом. Ей будет больно. Это все из-за
нехватки средств.
Он снова защищал свою мамочку. Моя грудь заполнилась чувством гордости и боли
одновременно. Он еще совсем ребенок, но ведет себя, как хозяин в доме. Не правильно, что на плечах этого ребенка
лежит столь большая ответственность.
- Это останется нашим секретом, - ответил я, понижая голос.
Он с облегчением выдохнул, а затем улыбка заменила его хмурый взгляд.
- Мама говорила, что закажешь одну с большим количеством
сыра, - взволнованно сказал он.
Стало понятно, что для этих двоих пицца - это большая роскошь. И осознание этого злило меня все больше и больше. Какого черта
родители Сиенны сделали это с ней и ее сыном? Они не должны так
страдать. Мои родители удостоверились бы, что у них было все необходимое, и эта чертова
пицца из пиццерии не была бы для них лакомством.
- Мама сделала немного сладкого чай, а мама Tи принесла утром целую корзину печенья.
Но мама сказала, что мы должны дождаться десерта, чтобы съесть их.
Я начал было говорить, но в дверном проеме появилась Сиенна и вдруг мой язык застрял в
горле. Она одета в пару обрезанных джинсовых шорт и футболку Джорджа Стрейтона с гастролей
девятилетней давности. На тот момент ей было всего лишь тринадцать лет, и я знал, что Ройс не позволил ей пойти на концерт Джорджа
Стрейтона на пристани в том году.
- Крутая футболка, - сказал я, нуждаясь в оправдании моего блуждающего взгляда по ее изгибам. Прекрасные, аппетитные изгибы. Те,
которые я хотел изучить руками, оставляя за собой следы от укусов. Обозначая свой путь… Стоп! Нет, я не могу
этого сделать.
- Дастин достал ее для меня. Я использовала ее в качестве ночной рубашки в течении многих лет, потому что она оказалась слишком большой. Он ходил с