- Она же абсолютная красотка. Ты, наверное, один из тел мужчин с тростью, не так ли, дорогой? – моя мама продолжала нахваливать Сиенну. Она права, конечно, но, что я должен сказать сейчас? Я уже выглядел, как придурок. Я решил держать рот на замке.
- Я, эмм…Спасибо, - сказала она с неуверенной, деланной улыбкой.
- Ты все еще одна? Такая девушка, как ты должна иметь заботливого мужчину, - сказала мама.
Щеки Сиенны стали еще более ярче.
- Мне некогда. На первом плану у меня Мика.
Черт. Она было хорошей мамой. Я знаю много матерей-одиночек, но никто из них не отказывался от личной жизни, ради своего ребенка.
- Но ты же молода, а Мики нужен мужчина в жизни. Не беспокойся об этом. Теперь у него есть дядя Дуэйн и дедушка Дэйв, персонально для него. Может, ты подумаешь о том, чтобы провести какое-то время с мужчиной, скоро. Это преступление, быть красавицей и прожить в одиночестве. Дастин этого не хотел бы.
Сиенна нервно сглотнула.
- Все хорошо. Я довольна и тем, что мы есть друг у друга.
Мама взмахнула рукой.
- ты должна сделать это прямо сейчас, более того, мы поможем тебе обрести нормальную жизнь снова.
Быть мамой - самая важная миссия для тебя, но о себе думать тоже надо. Достаточно
уже всего этого сейчас.
Она подошла к Сиенне и крепко зажала ее в объятьях.
- Ты здесь.
И у тебя малыш Дастина, - сказала мама и опять начала тяжело дышать. - Я так счастлива. Я просто так счастлива.
Глаза Сиенны наполнились слезами, когда она кратко бросила взгляд на меня и на отца, а потом улыбнулась.
- Я писала письма, - сказала она, пытаясь защититься.
Мама кивнула и отстранилась.
- Я верю тебе. Но я не получада их. Думаю, может, ты захочешь получить ответ от тети. Это единственное мое объяснение. Но эти письма никогда не доходили ко мне.
Сиенна кивнула.
- Хорошо. Мне, эмм… Мне нужно время с Мики. Когда он будет готов, мы зайдем к вам. Ему понравился его последний визит к вам. Он любитель печенек, - сказала она, сладко улыбаясь.
Мама всегда любила Сиенну Рой и одобряла их отношения, но сейчас я понял, что ее любовь к Сиенне просто умножилась в тысячи раз, потому что она дала жизнь ребенку Дастина. Она вернула моей мамочке часть ее сына обратно.
Это то, чего я был не в состоянии изменить.
Папа, наконец, заговорил, держа маму в объятьях.
- Давайте вернемся в дом, а они пускай
поговорят.
Она кивнула, но с тоской посмотрела на дверь, уже зная, что там ее внук.
- Дверь в наш дом всегда открыта, Сиенна, - сказал ей отец.
Она вдохнула и улыбнулась.