Невозможно удержаться и я перевел разговор о его отце. Мне было любопытно, что он знает о Дастине.
- Значит, твой папа был хорошим баскетболистом, да?
Мика проглотил кусочек поп-тарт, глаза его стали большими, как он присел на колени оставаясь на стуле.
- Он был лучшим в мире, - сказал он со всей серьезностью.
- Никто не мог победить его. Бьюсь об заклад, даже Леброн Джеймс не мог обойти моего папу. Мама говорит, что он звезда.
Он остановился и сделал глоток молока, а затем его взгляд снова обратился ко мне.
- Я думаю, что это, почему Бог хотел его. Мама сказала, что Бог взял его, потому что он был таким хорошим парнем, и он захотел, чтобы он был рядом с ним. Думаю, он хотел сделать его настоящей звездой. Ну, знаешь, там, на небе.
Там есть одна большая, на которую я привык смотреть из дома моей тети Кэти в Форт-Уорте. Думаю, это - мой папа.
Дерьмо. Я не могу сделать глубокий вдох. Моя грудь сжалась так сильно, что стало больно. Я же не говорю о Дастине.
Я оставил память о нем в коробке и прикасался к ней, когда был жутко пьян, чтобы не прикасаться.
Потом, я всегда позволял гневу овладеть мною.
Но этот ребенок… он оставлял в живых память о Дастине.
Я не знаю, что мне нужно было сделать, чтобы услышать кого-то говорящем о моем брате, на подобие этому, но сказанное Микой облегчает боль, которая никогда не уходила.
Боль от смерти Дастина отходила назад.
- Ты должен показать мне ту звезду, однажды ночью, - сказал я ему. Если Бог есть, тогда я чертовски уверен, что, услышав эти слова, он хотел убедиться, что мой брат - звезда.
Мика кивнул и отряхнул руки. Ему удалось прикончить свой поп-тарт всего несколькими укусами.
- Хорошо. Приходи ночью, мы пойдем во двор и посмотрим.
Мама сказала, что поможет мне найти его, но у нас не было шанса на этой неделе. Были заняты переездом, - пояснил он.
Он изъясняется, как будто ему сорок. Это чертовски мило.
- Хочешь пойти туда и встретиться с моими родителями? - спросил я у него.
Он вскочил и с готовностью кивнул.
Лучше, пойти прежде, чем мама придет сюда и поймет, что Мика был ее кровью.
Я встал и потянулся к Мике, чтобы взять его за руку.
- Идем, - сказал я ему.
Он сунул свою маленькую руку в мою.
Я был на сто процентов уверен, что Сиенна будет не в восторге от этого, но мне так чертовски хотелось провести время с Микой, что я не думал, о том, что мои близкие могут узнать мой грузовик.
Когда я собирался сегодня утром, я знал, что у меня проблема.
Рассказать об этом Сиенне значило бы отмену наших планов, и она заберет Мику еще к дневному уходу.
Поэтому я буду держать язык за зубами.
Я постучал, решив дать папе открыть дверь, а не просто заходить внутрь с Микой.