АтакА & Исключительная: читать начало книги онлайн

Посвящается N.

Книга 1

АтакА

Часть 1

Последние и первые часы

Глава 1

2094.07.31.

Ночная смена в Центре Технологий Нового Поколения подходит к концу. Так как дома меня никто не ждёт, а за ночные часы платят больше, чем за дневные, я, в отличие от своих обременённых семьями коллег, предпочитаю смены с одиннадцати часов ночи до семи часов утра. В качестве приятного бонуса: ночью меньше людей, больше тишины и в целом намного более спокойная обстановка, нежели днём. Хотя и при свете дня в этом мрачноватом местечке редко бывает чрезмерно людно.

В ЦТНП прогрессивные учёные-техники занимаются разработкой продвинутого оружия, работающего на основе лазера, а также разработкой уникальных маскировочных систем и сверхмощных систем безопасности. Я, конечно, не из этих заумных ребят.

Уже два года, как я состою в штате охраны этого золотого рудника. Все среднестатистические штатские считают это место золотым по умолчанию, и причина не только в том, что ЦТНП отстроился с голого кратера меньше чем за один год, но и в том, что здесь даже обыкновенным охранникам платят больше, чем телохранителям ведущих политиков Канады. Мы здесь охраняем лучшие умы нашей процветающей страны. Или их разработки. Я не уверена в том, что именно в этом месте ценится больше: люди или их достижения. Да и мне, откровенно говоря, всё равно. Я просто пью свой горячий кофе, слежу за исправной работой камер видеонаблюдения на находящемся под моим контролем периметре и витаю в собственных мыслях. Этим же занят Гершель в комнате напротив, и еще тридцать охранников, несущих свою вахту в разных концах здания.

Большинство моих коллег – мужчины старше сорока лет. Все женатые или разведенные и практически все с детьми, так что количество общих тем для поддержания теплых бесед в такой компании у меня сведено к минимуму. Если бы я была из болтливых, такой расклад наверняка мог бы разочаровывать меня, но я всегда предпочитала чрезмерной болтливости благоразумное молчание, так что можно сказать, что здешняя обстановка подходит мне как нельзя лучше.

Я не планирую оставаться в службе охраны до конца своих дней. Хотя у меня и нет претензий к этой непыльной работе, за исключением того, что, подписав трудовой контракт, я согласилась на риск быть застреленной при исполнении своего долга, то есть в случае проникновения на территорию ЦТНП посторонних вооруженных и, очевидно, агрессивно настроенных сил, всё же я не вижу себя на этом месте через десять лет. Откровенно говоря, я не вижу себя здесь уже через четыре месяца. Первого декабря мне исполнится двадцать пять лет – отличный повод, чтобы уйти в отставку в последний день осени. У меня хорошая работа, да, но я хочу больше свободы и, несомненно, в первую очередь меня интересует развитие. К тому же, я не просто знаю, чем на самом деле хочу заниматься – параллельно с ночными сменами в ЦТНП я уже занимаюсь по-настоящему интересующим меня делом и уже имею некоторый доход со своей увлеченности. Всё, что мне нужно – это открытый доступ в интернет и свободное время. С первым проблем нет, а второе запросто можно подкорректировать увольнением с нудной работы…

Видеокамера №33 показывает появление в коридоре возле моего кабинета трёх неотёсанных молодых учёных в белых халатах. Я не знаю, как их зовут, но знаю, что они прекрасно знают, как зовут меня: у редких обитающих здесь заучек имеются девушки, но каждый первый из них хотел бы состоять в отношениях если не с мисс Вселенной, тогда хотя бы с соблазнительной охранницей. Обычно я не подслушиваю чужие разговоры, но я уже три часа торчу здесь без развлечений, на циферблате два часа ночи, а эти трое остановились в двадцати метрах от моего кабинета и слишком уж размахались руками – вдруг эти доходяги хотят опробовать новоизобретенный ими лазер в не предназначенном для этого мероприятия месте? Нужно бы проверить…

Пока я незаинтересовано зевала в левый кулак, палец правой руки сам нажал кнопку включения звука. Стоило мне только сделать это, как я сразу же услышала своё имя:

– Да у Диандры Рокс мускулов больше, чем фишек “WM” в твоей коллекции!

– Напомни, сколько тысяч фишек в твоей коллекции?

Задроты в чистом виде: коллекционируют фишки по вселенной фильмов, книг и комиксов, о девушках могут только мечтать…

– Вы видели её задницу? Должно быть, крепче кокоса. А этот её третий размер груди… А эти длинные ноги… А шелковисто-шоколадные волосы – интересно, каким шампунем она пользуется?..

– Мы серьёзно, Винсент, – обратился к интересующемуся моим шампунем и длиной моих ног самый долговязый парень, которого звали, вроде как, Оливер, – если сможешь пригласить Диандру Рокс на свидание, мы обещаем перестать называть тебя ботаником.

– Да, начнём звать механиком, – глуповато захихикал самый низкий.

Эти трое недотёп являются друзьями. Но двое из них – долговязый и короткий – вроде как, постоянно подначивают над парнем среднего роста, которого, как я сейчас поняла и что наверняка скоро успешно забуду, зовут Винсент. Ладно, можно и поразвлечься. Заодно, может, помогу самому затюканному и оставлю неизгладимое впечатление в чьей-то жизни.

Выключив звук, я бодро встала со своего кресла, в котором уже чуть не отсидела свою “кокосовую” задницу, поправила на голове резинку, привычно высоко фиксирующую мой длинный хвост, неизменно укладываемый крупными от природы волнами, и, сделав размашистый шаг вбок и резко распахнув дверь своего кабинета, вышла в коридор привычным мне, уверенным шагом. Стоило мне только материализоваться на пути технических гениев, как они сразу же резко замерли, как могут замирать мышки перед кошкой. В любом другом случае я просто прошла бы мимо, сделав вид, будто не замечаю их замешательства, чтобы не вводить бедняг в еще более густую краску, но в этот раз – вообще впервые, – я, как заскучавшая кошка, не прочь поиграть со своей случайной добычей. И поэтому я просто стою напротив этой компании стеснительных грызунов и, не моргая, почти незаинтересованным взглядом обвожу их начинающие розоветь лица.

Вдруг долговязый – Оливер – почти незаметно толкает в спину Винсента, явно призывая его к действиям. Меня это забавляет, но одновременно мне жаль парня – он делает три шага в моём направлении, будучи уверенным в том, что сейчас его позорно отошьют на глазах у его друзей, после чего те будут пожизненно припоминать ему его неудачу с неприступной охранницей и решительно ни разу не припомнят ему его смелость, в эту минуту позволившую ему при свидетелях обратиться к птице не своего полёта.

– Послушай… – парень остановился напротив меня. – Привет. Доброй ночи.

– Доброй, – в ответ слегка прищурилась я.

– Я Винсент… Винсент Санчес. Я работаю здесь с друзьями, – он зачем-то указал большим пальцем за свою спину, словно я могла до сих пор не замечать его прекративших дышать коллег. Нервно поправив очки на относительно симпатичном лице, отображающем добрый нрав своего носителя, парень внезапно избрал самый лучший из всех доступных ему путей, что вызвало у меня некоторое уважение – он решил говорить правду: – Если я приглашу тебя на свидание, мои друзья перестанут называть меня ботаником.

– Хм… А ты не ботаник?

– Нет, конечно! Конечно, нет… Я механик, знаешь ли…

– Механик почетнее ботаника?

– Да, несомненно да… – вдруг закивали за спиной жертвы другие мышки.

Смешно. Механики думают, будто они круче ботаников, а ботаники, должно быть, в свою очередь думают ровным счетом наоборот.

– Так что, достаточно просто пригласить меня на свидание?

– Ну, как бы, да, но… Если ты еще и согласишься – это будет… Это было бы… Ну, знаешь… Знаешь, тебе лучше отказаться! – внезапно не выдержав нервного напряжения, резко выпалил парень. – Чтобы тебя не стали считать предпочитающей таких…