— Блейк?
— Он вырос без нашей магии, отец. Он увидит свою задницу.
— Ты действительно думаешь, что он настолько эгоистичен?
— Да, ты не видел ее снов. Сеймор думает, что он бог.
Отец фыркнул и откинулся на спинку стула, наблюдая за происходящим.
Сеймор выпил сыворотку, и охранник убедился, что он выпил ее, прежде чем занять свидетельское место, назвав свое имя.
Король Калеб рассказывал о том, как его отец давным-давно сражался с ними на войне. Он был отличным союзником.
Сеймор просто кивнул.
Калеб снова завел светскую беседу, задавая вопросы о Горане. Когда его восхищение Гораном проскользнуло наружу, Калеб понял, что сыворотка подействовала.
Затем он расспросил его об Элли.
— Я не знаю… — он согнулся пополам от боли.
— Сынок, ложь не поможет, — предупредил Калеб. — Сыворотка, которую ты выпил, — это сыворотка правды. Адвокат посоветовал не давать показаний, если не собираешься говорить правду.
Сеймор хрюкнул, как бык, так как вены на его шее, казалось, вот-вот лопнут.
— Прекрати это, сейчас же.
— Скажи правду, и это прекратится, — приказал Калеб. — Ты знаешь Элли?
— Да, — выплюнул он, и боль исчезла.
Он провел руками по волосам, так как пот задержался у него на лбу. Беспокойство просачивалось сквозь него.
Мне действительно нравилось видеть, как этот мудак страдает.
— Обвинения, выдвинутые в ваш адрес, являются правдой?
— Нет, — сказал он, но весь суд мог видеть, как он борется с болью.
Король Калеб тоже просто уставился на него. Сеймор был идиотом.
Отец усмехнулся.
— Говори правду, сынок. Боль никуда не денется.
Ноздри Сеймора раздулись, и, наконец, он вымученно произнес «да».
Все в зале суда зааплодировали.
— У меня больше нет вопросов, — сказал король Калеб. — Можешь уйти.
Остальные из них не пили сыворотку. Они увидели всю мощь этого и поняли, что им крышка.
Я посмотрел на часы. Уже почти подошло время ужина.
— Я знаю, вы думаете, что из-за того, что принцесса недоступна для этого испытания, оно не такое суровое, как вы думаете, — сказал Калеб и посмотрел на всех четверых. — Но ее дракон, который связан с ее разумом, видел то, через что она прошла. Как будто принцесса здесь, через него. Итак, вы четверо предстаете перед судом за следующее. Анук Лонгвей — за нападение, нанесение увечий и преднамеренное убийство. Во-вторых, террор фермеров, когда они заключили контракты, четко заявляющие, что им не причинят никакого вреда. Наконец, за нападение на принцессу и предварительное обдумывание ее убийства.
Журналисты зашептались, и Калеб посмотрел на них. Все замолчали, прежде чем он снова перевел взгляд на четверых преступников.