По привычке уже «огляделся» с помощью сканера челнока, после чего пришлось немного переместиться, так как по соседству обнаружилась парочка активно отдыхающих внутри открытого автомобиля, которых я сам не заметил, но те могли случайно заметить пролет моего челнока.
Пришлось хорошо закрепить в нем мой кемпер, поскольку я собирался вручную настраивать и позиционировать свой спутник, а для этого потребуется выбираться наружу.
Выйдя на орбиту, я перебрался в грузовой отсек и там с помощью дроида за полчаса собрал антенну и закрепил ее на спутнике. Сканер челнока сразу же поймал сигнал ретранслятора с поверхности и искин вывел челнок в оптимальную точку на стационарной по отношению к планете орбите.
Вот здесь уже пришлось повозиться, поскольку направление антенны спутника мне надо было выставить вручную, для чего я облачился в скаф, открыл аппарель грузового отсека челнока, пристегнулся тросом к крепежному элементу внутри и высунувшись по пояс наружу, балансировал положение спутника по виртуальной модели покрытия, которую предсказывала мне нейросеть.
Наконец, мысленно плюнув, оставил очередной вариант позиционирования, поскольку добиться идеального диаметра охвата с центром в месте расположения моего офиса оказалось практически невозможно, решил, что и так как вышло, вполне сойдет.
Проверку связи мне предстоит делать уже завтра, высаживаясь на приблизительных границах виртуальной карты покрытия и сличая действительность с виртуальной моделью.
В общей сложности на работу со спутником я потратил более трех часов, теперь в темпе требовалось лететь на базу, чтобы заняться изготовлением нужных для ремонта запчастей.
Оказавшись над Белоруссией, мне тоже пришлось выжидать какое-то время, поскольку над данным районом летал германский самолет необычной конструкции, фюзеляж которого состоял из двух балок, и он явно что-то пытался зафиксировать над моим лесом. Видимо доскакались красные диверсанты и сейчас германское командование пытается определить местонахождение их базы. Не знаю как самих диверсантов, но «моих» колхозников, очевидно, обнаружат, те не сильно то и скрываются, пользуясь своим удаленным местоположением.
Пешком к ним противодиверсанты навряд ли полезут, те реально глубоко в лес забрались, в этом плане они молодцы, а вот бомбардировщики выслать в разведанную точку, это как за здравствуйте, очевидное решение, и никто не будет разбираться, что это не диверсанты, а мирное население.
Поэтому после отлета разведывательного самолета в сторону, быстро заскочив на базу и сбросив искину производственного комплекса информацию с требующимися мне изделиями, я отправился к поселку.
На этот раз встретили меня по-другому, видно власть в поселке сменилась. Командовал поселковыми какой-то дерганный тип в советской военной форме и в фуражке с синим верхом. Он сразу заорал, чтобы поселковые взяли шпиона, то есть меня, и попытался выхватить свой пистолет, но я оказался быстрее, пришлось его вырубить, дав ему в челюсть, так как не хотелось светить параллизатор. Отобрал пистолет, снял с него ремень и стянул ему локти за спиной.
Выяснилось, что данный кадр является деятелем из НКВД, он отстранил и взял под арест бывшего председателя колхоза и расстрелял двух командиров из легкораненых, которые пытались ему возражать, и сейчас он командует остатками сводного отряда, заставляя их совершать нападения на проходящие мимо леса войска противника, а сам отсиживается в лагере, и домогается до колхозниц.
Я объяснил сельчанам обстановку с разведывательным самолетом и выяснением немцами их места положения, после чего посоветовал в максимально сжатые сроки забрать все ценное и отойти подальше от этого места, после чего искать и обустраивать подходящее новое, так как это уже засвечено и после скорой бомбежки явно будет проверено снова. Заодно посоветовал поменьше светиться на открытых местах, получше соблюдать маскировку и гнать активных советских диверсантов подальше, чтобы те своем хвосте не притащили к ним профессиональных охотников за диверсантами.
Председателя я порекомендовал выпустить, а энкавэдэшника прихватил с собой, он к этому времени очухался и снова начал орать и всем угрожать, пришлось выпросить тряпку и засунуть ему ее в рот, после чего он только мычал и дико вращал выпученными глазами — ну явно психически больной, поэтому оставлять его тут я не стал, еще отпустят и он начнет мстить местным, вместо этого решил забрать и закинуть его поглубже к немцам.
Если ему так хочется с ними воевать, пусть воюет, но самостоятельно и без оружия, попробует сам его раздобыть, сам проведет какую-нибудь диверсию, а то засел в лагере на всем готовом и третирует нормальных людей.
Ну и мне нужно показать сельчанам, чья власть в лесу, а то будут тут всякие ненормальные орать и угрожать мне.
Предупредив местных, я погнал пинками энкавэдэшника, так как уходить тот категорически не хотел, видать решил, что я в последний путь повел его, как он до этого других водил. Ну по себе людей не судят, хочет пожить интересной жизнь, пусть поживет. Недалеко от челнока оглушил его параллизатором, вызвал дроида, погрузил внутрь и, двигаясь зигзагами, повез на заброску. Пусть почувствует себя настоящим героем-диверсантом в тылу врага. Выкинул его в овраг в перелеске под самым Брестом, вот удивится, когда очухается. Руки развязал, а тряпку оставил, сам вытащит, как очухается. Так же зигзагами ушел на базу.
Глава 62
На базе я забрал изготовленные запчасти и перед отлетом обдумал такую мысль, пока чисто гипотетически, конечно — а что было бы, если в обеих странах захватить их одиозных преступных лидеров — Шикльгрубера и Джугашвили, а также их ближайших пособников (технически это сделать не так сложно, их охрана с имеющимся на моем челноке полицейским станнером не помеха), вывезти их куда-нибудь на безлюдную часть на севере, организовать там небольшую камеру, где посадить их всех вместе и пусть обсуждают друг с другом свои нацистско-коммунистические идеи превосходства одних групп разумных над другими и заодно делят территории в масштабах одной камеры — кому верхние шконки достанутся, кому нижние, а кому возможно и под шконку придется лезть, криминальный мир — он такой.
Две страны, оставшись без верховных идеологов и самых активных главарей своих преступных сообществ, с вероятностью через небольшое время придут в некое равновесие. Текущую кровавую бойню это конечно сразу не остановит, но притормозить ее ход может.
С другой стороны, всем людям в этих странах, разумными их в том состоянии пропитки ядом лживой пропаганды, в котором они постоянно находятся, назвать довольно сложно, требуется именно жесткое отрезвление, четкое осознание их неправоты, а это, к сожалению, одним изъятием их преступных лидеров достичь вряд ли удастся, тут массовое народное сознание должно созреть, чтобы понять, в каких преступлениях участвовали и раскаяться в содеянном. Однако в условиях раскрученной на полную работы пропагандистской машины это сделать практически нереально, в этих условиях оболваненное большинство задавит своей массой трезвомыслящих, находящихся в меньшинстве.
Хотя мысль все же интересна. Раз уж эти деятели ставят на своих и других народах такие социальные эксперименты, то почему бы и им в свою очередь не стать результатом эксперимента под названием «все пауки в одной банке». Без них мир уж точно станет чище и вздохнет свободнее, диктаторы никогда не делали свои народы счастливее, лишь приводили их к отчуждению, противостоянию с окружающим миром и последующей закономерной отсталости.
Надо бы мне уже потихоньку искать новое место для размещения производственного комплекса, он периодически нужен, а перелеты с континента на континент, с учетом того, что это приходится делать с соблюдением мер предосторожности и по возможности в ночное время, занимают слишком много времени.
Однако местным я по-прежнему не доверяю, и лучше, если будущее место нахождения комплекса будет расположено на достаточно удаленной и скрытой от посторонних глаз территории.
Вернулся я на американский континент еще в темное время, попутно облетев на небольшой высоте получившуюся границу пятна охвата устойчивой спутниковой связью, вышла довольно значительная окружность, радиусом миль около четырехсот.
Проверка связи показала, что даже в десятках миль за границами зоны устойчивого охвата я все еще могу сделать или принять звонок посредством нейросети, но для его устойчивости приходится пользоваться ретрансляционными возможностями дроида.
В занимающемся южном рассвете я уже выгнал кемпер и ехал в сторону фермы, а челнок занял свое привычное место на дне залива.
Люди, занимающиеся деловой активностью в области сельского хозяйства, встают рано во всех местах и на всем планетах, трудозатратная это деятельность. Когда я подъехал к ферме, Клод уже делал обход пока еще своей фермы, а его сын кормил домашних птиц в птичнике.
Поздоровавшись с ними, я, хоть и не спал почти сутки, решил тоже приступить к своей профильной деятельности — загнал пару дроидов в ангар, прикрыл ворота и занялся ремонтом приобретенных грузовика и родстера. Закончил работу за час, параллельно общаясь с Клодом по поводу технического состояния и цен на ранее отремонтированные автомобили. Клода сильно заинтересовала цена Бюика, он сказал, что в свое время хотел приобрести такой автомобиль, но у него не было лишних денег.
Будучи купленным за сто десять долларов, Бюик находился в целом в довольно хорошем внешнем и техническом состоянии, и его ремонт мне обошелся буквально в несколько долларов, поэтому я смело выставил ему цену в двести восемьдесят долларов. Клод попросил дать на нем прокатиться, и уехал на обкатку возможной будущей покупки, я же, выгнав из ангара грузовик и родстер, решил заняться тем же самым на Оберне.