Занесла нелегкая: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С броневиком я разобрался быстро, тут задача была проста — оставляю шасси, двигатель и органы управления, кузов и кабину на него либо позже соберу сам, как тут любят местные — из дерева, либо продам так как есть. Тем более броня корпуса пробита в двух местах. Топлива в баках тут тоже по нулям оказалось.

Следующим шел добытый мной брошенный в кустах мотоциклет с люлькой, он тоже с сухим баком оказался, этот либо переделаю под себя, либо как есть продам местным. На него они может и наскребут, я цену ломить не собираюсь, да и местные деньги мне не нужны, я предпочту продуктами взять или еще чем полезным в обмен.

Дальше оставшаяся у меня техника оказалась в состоянии заметно похуже, ее разбирал на годные запчасти, а остальное дроиды резали в металлолом и уносили на переработку.

Глава 23

Волевым усилием заставил себя оторваться от работы и пойти поспать в медкапсуле перед очередной бессонной ночью. Знаю за собой эту черту — начинаю работать, увлекаюсь и не замечаю времени. Тем не менее, я успел урвать четыре часа сна, а с учетом того, что они были в медкапсуле, все следы усталости ушли и заодно стоящая на изучении база по боевой медицине подтянулась на больший процент.

Вокруг стемнело, время почти одиннадцать часов, у меня полноценных пять часов на полеты, потом местные летуны опять начнут активно летать.

Основной искин корвета, ныне прописавшийся на базе, но оставшийся подключенным к пассивному сканеру, мониторит обстановку вокруг в большом диапазоне, обрабатывая и выдавая мне предполетную информацию.

Так в пределах дальности его видимости он сообщает мне о перемещениях колонн техники, дает сводку о прошедших в воздухе боях между германскими и советскими самолетами и их результатах, показывает скопления групп беженцев и одиночно стоящую технику, рядом с которой нет разумных, в смысле людей.

Поэтому я принимаю решение о целевых местах для вылета на основании довольно точной и свежей информации от искина, а все сиюминутные поправки делаю уже в полете на основании текущих показаний сканера челнока, охват контроля территории которого заметно меньше. Причина — разный класс сканеров у челнока и корвета.

Сегодня, как и вчера, первым делом вывожу беженцев — женщин и детей, мужики сами как-нибудь дойдут, нет на них ресурсов времени и места в челноке ни так уж много. Так же попутно цепляю сбитые самолеты, в основном германские, зачем мне куча советского дерева, у меня целый лес деревьев под боком. Хотя советских сбитых, отлетавших свое пташек на земле не просто существенно, а в разы больше, это факт. Техническая отсталость, худшее качество изготовления и низкий уровень подготовки их пилотов сказываются. Для меня с них только двигатель ценность имеет, но собирать двигатели по отдельности мне пока некогда, помощь мирным людям в приоритете.

Германские войска за день продвинулись еще дальше вглубь бывшей польской территории, до этого находившейся под контролем СССР, такими темпами они уже скоро и по непосредственной территории СССР покатятся. Соответственно, собранных людей приходится транспортировать все дальше, высаживая в пустующих местах на краю леса прямо под Минском. Не знаю, успеют ли они эвакуироваться дальше вглубь страны, пока советская власть не особо торопится помогать с эвакуацией своим мирным гражданам, видимо считают, что их в стране и так избыток, так что невелика потеря.

Конечно, мои усилия — это капля в море, за один раз, уложенные штабелями парализованные тела, в челнок вмещаются едва двадцать взрослых и тридцать детей, это с учетом, что часть детей я размещаю в кабине. Но тут уж сколько получается. Опять же, за ночь удается сделать шесть-семь ходок в обе стороны, дальше перед рассветом я делаю пару коротких рывков непосредственно по своим делам, и возвращаюсь на базу. Итого, в лучшем случае триста-триста пятьдесят человек за ночь удается перебросить в относительно безопасное место. Там тоже летают германские самолеты и падают бомбы, но все-таки степень опасности пониже.

А если бы советская власть не подавляла с такой жестокостью и непримиримостью частную собственность в стране, то транспортных средств у населения было бы намного больше, лучше была бы развита заправочная сеть, и более мобильные люди спасались бы с большей скоростью и существенно меньшими потерями.

Тут же люди запрягали в телеги быков, коров или даже впрягались сами и все это еле-еле тащилось по дорогам на восток. Даже велосипедов было исключительно мало, а что такое велосипед по стоимости — копейки! Средний же велосипедист минимум вдвое обгоняет по скорости среднего пешехода и способен за день преодолеть вдвое большее расстояние, уж километров сорок-пятьдесят на велосипеде за день проехать, с перерывами, вполне реально. Так что вот такая она — людоедская цена тотального запрета частной собственности для своих граждан и, по сути, рабской их эксплуатации благодетельной советской властью. Но виноваты во всем этом были, конечно же международные капиталисты, это ведь они уже более двадцати лет после «великой социалистической революции» злобно угнетали советский народ на советской же территории, уничтожая в мирное время по несколько сотен тысяч недовольных и просто неудачно попавшихся под руку советских граждан в год.

Завершив с вывозом людей, я, как и планировал, наведался на оружейный склад, тут охраны было побольше, но парализатор отработал штатно.

Загрузил полный грузовой отсек ящиками со снарядами, а потом, подумав, сгрузил в кабину германских солдат, осмотрел местность на предмет отсутствия других разумных поблизости, отлетел подальше, настроил установленную на челноке пушку и произвел несколько выстрелов. Созданная в локальном месте высочайшая температура прогнозируемо привела к массовой детонации боеприпасов, а я в это время уже на высокой скорости уходил подальше от этого места. Сколько людских жизней сейчас было сэкономлено на планете я даже не пытался подсчитать, но явно много, склад был большой. Жалко, маловато снарядов для переработки удалось унести, но тут хоть что-то. И не одного уничтоженного при этом германского солдата, так-то они такие же зомби, как и местные, только на другую тему. Высадил их парализованные тушки в поле подальше, забрав при этом имеющееся при них оружие — два пистолет-пулемета и пять винтовок. Пусть живут, может еще одумаются, а нет, так эта война не на один день, успеют еще умереть.

Глава 24

Вернулся я на базу, когда уже светало, немного не рассчитал по времени, но вроде особо нигде не засветился, вдобавок выполнил отвлекающий маневр, пролетев в другую сторону леса и потом уже на бреющем над верхушками деревьев подлетев на место.

Дроиды перетаскали ящики со снарядами и начали по моему заданию загружать их в зев конвертера в первую очередь, это так меня впечатлили разрывы на месте бывшего оружейного склада. Хранить у себя, по сути, в жилище такое нестабильное оружие я не собирался, поэтому побыстрее решил его переработать на металл.

Трофейные винтовки пошли в металлолом, а пару пистолет-пулеметов я решил оставить, это конечно не игольные «трещотки» из Содружества, но хоть что-то, вдруг еще когда пригодятся.

Далее я приступил к детальному осмотру привезенных германских самолетов. К сожалению, все они оказались сильно деформированными от удара о землю и повреждёнными высокой температурой, поэтому годились только на переплавку, поэтому дал задание дроидам их порезать на металлолом.

У меня появилось свободное время, и я засел за виртуальную карту, чтобы подобрать подходящие места в лесу для постройки ремонтных цехов-складов для трофейной техники. Мне требовалось соблюсти три основных фактора — непроходимость данной местности для техники, максимальная дальность расположения от имеющихся поселений, наличие возможности для взлета и посадки моего челнока, максимальная скрытость и незаметность участка с неба.

Подходящих под перечисленные критерии участков оказалось всего три на весь находящийся под контролем искина лесной массив. Заняться мне было нечем, над лесом самолеты обоих воюющих сторон пролетали редко, поэтому я решил последовательно обследовать все три участка и вылетел к выглядящему наиболее перспективно.

Это была крохотная полянка прямо посреди лесного массива, до ближайшего поселения отсюда было около ста двадцати километров, и было похоже, что здесь вообще не ступала нога человека. Во всяком случае, что ему тут делать посреди крайне плотно заросшего леса было непонятно. Зато мне она подходила практически идеально, ведь я мог зарыться в землю даже с такого небольшого клочка земли, оборудовать первый уровень для перевозки сюда производственного комплекса, и потом уже последовательно зарываться дальше, оборудуя следующие ремонтные и складские уровни. Даже грузовой лифт можно было оборудовать для грозди складских уровней и помещений.

Тем не менее, я слетал и осмотрел остальные два места, они были расположены поближе к поселениям людей, чем первое, но тоже достаточно удаленно, и их смело можно поставить в резерв, на случай необходимости передислокации, строительства резервного убежища или убежища для беженцев, если возникнет такая необходимость.

Кстати, пролетая над лесом, я засек в нескольких местах наличие людей, причем под землей, так что похоже, что норы роют и местные тоже, не только я. Отметил эти места на всякий случай на карте.

Вернувшись на базу, я решил, что с учетом необходимости постройки еще одного объекта — ремонтной базы, имеющихся на сегодня в первом убежище помещений мне будет достаточно, поэтому скорректировал первоначальный проект и дал команду завершать его постройку, а то еще залетят в эту часть чьи-нибудь самолеты, засекут раскопки и заинтересуются, а что это тут у меня такое делается, вот такой радости мне не надо. По уточненному проекту будет организованы бронированные ворота для челнока и другой моей личной техники, прикрытые сверху деревьями и незаметные с воздуха, а также два пеших прохода, основной и резервный.

Кроме того, прямо из моей спальни уже уходит еще один замаскированный ход, выход которого выводит на дно ближайшего озера и герметично закрыт шлюзом. Это на случай авральной эвакуации. Там я предусмотрел небольшую, опять же скрытую за фальшивой стеной комнату, оборудовал кран с фильтрованной водой, встроенную душевую с уборной из числа снятых с корвета, откидную койку, заложил туда на хранение оба немецких пистолет-пулемета, запасной комбез, пару десятков пайков из Содружества и местных продуктов длительного хранения. Если вдруг все станет совсем плохо, то там можно будет пересидеть либо уйти отсюда, не оставив следов поблизости.

Пошел поглядеть, что за конверсия у меня получилось из советского броневика. А получилось неплохо, носового бронирования дроиды убирать не стали, остов кабины тоже оставили и даже заварили его задней стенкой, двери убрали полностью, в лобовой части прорезали полноценные смотровые окна. Сзади осталась только станина рамы, на которую можно было при желании смонтировать кузов или, например, будку. Такой вот частично бронированный грузовик получился. Лишняя броня и пушка ушли в переплавку, а грузовик хоть завтра можно в фермерское хозяйство — овощи на рынок возить. Вот только нет тут фермеров, повывели их всех, как класс.

Глава 25