В его голосе не было симпатии или радости. Не было даже любопытства, когда он ответил:
— Не похоже.
Во рту Печали пересохло, и она сглотнула.
— Нет. Нет, Мэл, это не… я не… прости, — она запуталась в словах. — Мэл… где ты был?
— С друзьями.
— Какими? — растерялась Печаль. Ей казалось, что он никого не знал. — В Ранноне?
Когда она поняла, что он не ответит, она продолжила, слова будто срывались с водопада.
— Я хотела тебя увидеть. Хотела найти тебя и попросить прийти домой.
— Домой? — он хмурился, глядя на нее.
— В Зимний замок. Но… многое изменилось, — в ее голове был Веспус и его угроза убить тех, кого она любила. — Не думаю, что тебе стоит сейчас там быть, но это не значит, что я не хочу тебя видеть рядом.
— Не понимаю.
Печаль покачала головой.
— Не могу объяснить. Мне нужно, чтобы ты доверял мне. Пожалуйста, — она пыталась поймать его взгляд. — Мне стыдно, Мэл. Стыдно из-за того, как я вела себя с тобой. Так со мной обходился Харун. Я знаю, как это ужасно. Я хочу, чтобы у тебя было там место. Чтобы ты ощущал, что принадлежишь к дому.
— Не сейчас, — он опустил голову.
Ее сердце колотилось в груди, нервный пот выступил на груди и плечах. Печаль не знала, что ожидала, но не этого. В нем не осталось теплого пылкого юноши, которого она встретила пару месяцев назад, и ей было стыдно. Если тот мальчик пропал, то из-за того, что она прогнала его, и ей нужно было вернуть его.
— Прошу, — сказала она, коснувшись его руки. — Прошу, поверь мне.
Он смотрел на нее с нечитаемым лицом.
— Ладно.
Если бы она не сидела, то облегчение сбило бы ее с ног. Это был не воодушевленный ответ, на который она рассчитывала, но с этим уже можно было работать.
— И когда мне стоит прибыть? — заговорил Мэл.
Печаль замешкалась.
— Не могу сказать. Надеюсь, скоро, — сказала она. — Очень скоро. Уверена, Иррис и Арран не против, если ты пока побудешь тут. Ночью вечеринка…
Он прищурился.
— В честь твоей победы? Нет.
Его тон ясно дал понять, что убеждать его без толку. Их окружила неловкая тишина. Печаль боялась сказать что-то не так, это было весьма вероятно. Она переживала за него в прошлый раз, когда видела его, но теперь боялась за него. Все в нем изменилось, его суть была подавлена. Ее окутало что-то кислое и чужое. Кем были друзья, с которыми он оставался, или он говорил так, чтобы сохранить лицо?
— Думаю, я пойду в свою комнату, — он встал, не глядя на нее. — Тебе нужно готовиться. Нельзя опаздывать на свою вечеринку.
Печаль казалось, что, если она ничего не сделает сейчас, больше его не увидит.
— Мэл…
Он замер и повернулся к ней.
— Прости, — сказала она.