– Проснулась наконец.
Глаза окончательно открылись. Сонным взглядом она уставилась в незнакомый высокий потолок. Её тело мягко обволакивала пышная перина. Стоило Асами дернуть рукой, как она поняла, что не способна этого сделать. Её кисти были прикованы к стенке кровати, сделанной из кедрового дерева. Веревки прочно давили на кожу, создавая ощутимый дискомфорт и значительные потертости. Но Асами заметила, что боль в сломанной руке прошла, и она даже смогла спокойно выкручивать её в любом направлении.
Широ сидел максимально близко к Асами и неторопливыми движениями очищал её лицо от скопившейся грязи. Светлое махровое полотенце уже стало коричневым. Широ выжал его и вновь приложил к её лицу, с одной стороны обтирая, а с другой, поглаживая по уже омытой щеке.
С того времени как Асами проснулась, она не сказала ни слова. Лишь взгляд сочился злобой и презрением к человеку напротив. Широ огорчено убрал руки от её лица и, грустно ухмыльнувшись, сказал:
– А ты ведь говорила, что не будешь меня ненавидеть…
– По крайней мере, я не обещала, – она отвернулась от него к большому окну. Погода за окном, в отличие от настроения, будто искрилась от счастья, одолевая всех светом.
Комната была оформлена в стиле, совсем не подходящей молодому господину. Розовые обои и персиковые тона заполняли всё её пространство. Туалетный столик, не очень большой и явно не удобный для высокого парня. Огромный белесый шкаф, куда можно было спрятать даже корову.
– Ты приготовил комнату специально для меня? – спросила Асами.
– Нет, это моя комната. Понимаю, что мне она не подходит, но она делалась тоже не для меня.
Он опустился рядом с ней, приобнимая её за талию. И если раньше такое казалось ей нормой, то теперь лишь удушающее раздражение и брезгливость заполнили её естество.
– Асами, я не хочу ссориться с тобой. Было бы легче, если бы мы просто помирились. Ты же всегда была отходчивой. Почему бы тебе и сейчас не пойти мне на уступку и не сдаться.
Её кулаки непроизвольно сжались, и она пожалела, что не может почесать их об его лицо. Тело Асами резко дернулось и натянулось, словно струна, когда его губы коснулись её шеи.
– Ты такая сладкая… Я так долго этого ждал.
Его пальцы прошлись по её животу и свежему шраму к распахнутому вороту и тут же скользнули внутрь. Она чувствовала, как его руки блуждают по её телу. И что самое отвратительное, оно стало реагировать на интимные прикосновения, от чего она тут же сжала свой язык до крови.
– Тебе нравится, когда я так с тобой обхожусь?
Он дернул её за подбородок, заставляя взглянуть на него, и накрыл её губы поцелуем. Сначала робко, будто боясь, а потом всё грубее. И хоть Асами сжала зубы до скрежета, это не остановило Широ. Он надавил ей на подбородок настолько сильно, что Асами даже вскрикнула и соответственно раскрылась ему. Язык скользнул внутрь, исследуя каждую часть влажного рта.
Эти поцелуи отличались от поцелуев с Рэем. Пусть она и страшилась их, но связи с Рэем Асами хотела. И всегда сама, вольно, невольно, но открывалась ему. Даже когда он стал бедствием. Сейчас же блуждания языка Широ вызывали лишь разъяренную смуту в её душе.
Вынув, наконец, язык, он стал облизывать её лицо, словно Асами была леденцом. Холодным и гладким. Самым сладким в мире. Она приподняла голову наверх, избегая ненужных ласк.
– Прекрати!
Но он не остановился, а лишь сквозь яростные поцелуи сказал:
– А я ведь пощадил Рэя. И жду большей благодарности от тебя!
Широ уселся на неё сверху и раскрыл её одежду, открывая вид на грудь. В его взгляде блуждало томное желание. Наконец он получил её. Он так долго к этому стремился. Чего только стоила та техника с кровью. Какую муку он испытывал с каждым прошедшим часом! Но он был рад даже ей. Ведь верил, что это не напрасно! И когда он полностью потерял сознание от боли, то Асами безжалостно разрушила весь его замысел, стирая запекшуюся кровь! Но теперь это было уже неважно. Лишь его месть и его страсть имела значение. Остальное всё пустое и ничего не значит. Широ облизал пересохшие губы и уже стал опускать голову, желая вновь вкусить сладость кожи, но фраза, кинутая Асами, заставила его встрепенуться.
– Зря я спасла тебя тогда.
Их взгляды встретились. И Асами пронзила его сердце жестокими словами.
– Лучше бы тогда я дала тебе превратиться в бедствие, а затем убила.
Широ какое-то время молчал, а затем грустно покачал головой.
– Жестокая ты… Твои слова ранят меня. А ведь тогда… тот день… Именно в тот день я влюбился в тебя.
Следующую фразу он произнёс через ещё какое-то время, словно слова вылетали из его рта с трудом.
– Это было так глупо и ничтожно. Никогда не думал, что так легко привяжусь к кому-то… так быстро…
Асами не хотела думать о том дне, но мозг не спрашивал, какое воспоминание ей подложить, словно свинью. И подкинул одно из самых болезненных. По крайней мере, на данный момент.