— Сеня-Сеня, язык бы тебе укоротить.
— Ха! Смешно.
Боковым зрением замечаю топающего к тачке Марата.
Брат залезает в машину. Смотрим друг на друга.
— Еще чуть-чуть, и ты просто убьешь меня взглядом, — перехожу на шепот. Усмешка на губах сама собой вырисовывается.
Марат, стиснув зубы, отворачивается. Правда, как только оказываемся в зале, бросает в меня перчатки.
— Пошли, — нависает над душой, пока я сижу на лавочке и скролю ленту.
— Я сегодня не планировал спарринговаться, — беру бутылку воды и делаю несколько глотков.
— Вы устроили игру, — упирается ладонью в стену над моей головой.
Положение, в котором я сижу, позволяет Маратику чувствовать превосходство.
— После того, — ставлю бутылку на пол, — как ты, — поднимаюсь на ноги, отталкивая его руку, — уехал. Ты не хотел участвовать больше, ты не участвовал.
— Я тебя просил Майю не трогать, Арс. По-нормальному просил.
— А кто ее трогал? — улыбаюсь. — Я предлагал ей свалить, но вы же все такие упрямые. Блюстители морали, блин.
Марат сжимает пальцы в кулаки. Дышит чаще и тяжелее. Все происходит быстро. Увернуться от его удара успеваю, но при этом бьюсь затылком о стенку.
— Совсем, — тру башку в месте удара.
Марат снова замахивается. Отскакиваю в сторону.
— Ты вроде хотел честный спарринг, — кидаю в него перчаткой.
— Честного ты недостоин.
— За языком следи. Не хочется подпортить твой звездный фейс.
— Силенок-то хватит?!
Смотрим друг на друга. Глаза в глаза. Расстояние метра два между нами. Не больше.
Достало все. Кто-то решил резко податься в святые? Еще и в мученики? Окей. Сжимаю-разжимаю кулаки. У Маратика от злости скоро пар из ушей повалит.
— Твоя девка очень-очень плохо на тебя влияет, — улыбаюсь. Намеренно его провоцирую. — Может, мне с ней тоже задружить, м? Заодно исправлюсь.
Три, два, один.
Все срабатывает как надо. Марат замахивается, расстояние между нами сокращается. Адреналин разносится по венам мгновенно. В висках начинает пульсировать. Улыбаюсь. Наслаждаюсь каждой гребаной секундой сейчас. Упиваюсь вспышкой его гнева.
Чувствую вкус крови на губах. Бью в ответку. Костяшки моих пальцев шлифуют Марату щеку. Прохожусь языком по кровящей губе и ставлю блок. Марат снова замахивается, в какой-то момент сцепляемся в клинч, валимся на пол. Все это происходит в полной тишине. Только звуки ударов, учащенное дыхание и запах свежей крови. Катаемся по залу как два заядлых придурка. От души лупим друг друга куда придется.
В голове почему-то сразу проскальзывают воспоминания из детства. Мы не скандалили никогда. Если приходилось выяснять отношения, делали это на ринге. Спарринговарились. Честно.
Все, что происходит сейчас, выглядит смешно. Тупо, но смешно. Не могу сдержаться, чтобы не заржать. Смех разносится по залу эхом.
Марат злится еще больше.
— Никогда не трогай Таю! Понял? — упирается ладонью мне в плечо, прижимая к земле и без предупреждения заряжает кулаком прямо в нос.